Но ты помнишь, что и Кейси и Ян были на Сент-Мари и именно там убили Кейси?
– Я слышала об этом.
– Я и сам читал об этом еще в детстве. Я был совсем мальчишкой, но уже тогда начал потихоньку почитывать взрослые книги, потому что перерос те детские книжки, которые мне давали. Один дорсаец из семейства Морганов, который жил неподалеку от Гримов возле Форали, рассказал об этом в своей автобиографической книге. Он тоже был на Сент-Мари в составе дорсайского контингента, нанятого экзотами для борьбы с войсками революционеров. Эти войска прибыли с наших Квакерских миров. Как ты помнишь, Ян и Кейси были близнецами, а потом вдруг совершенно неожиданно Кейси убили революционеры, в то время когда, по крайней мере теоретически, противоборствующие силы находились в состоянии перемирия.
– А, да.
– Ну так вот, – продолжал Блейз, по-прежнему не отрывая взгляда от звездного неба, – как я уже говорил, я прочитал об этом еще в детстве, и рассказ о гибели Кейси и о том, что она значила для Яна, очень меня тронул. Я имею в виду, меня взволновало, что пришлось пережить Яну. Понимаешь, Ян был немножко похож на меня – замкнутый, всегда дистанцированный от всех, кроме своего брата-близнеца. А потом Кейси гибнет, и Яну приходится удерживать своих наемников, готовых пронестись по городу подобно ангелам мщения. Потому что Кейси любили буквально все.
Тони снова сжала его руку, но ничего не сказала.
– Мне тогда показалось, будто я понимаю, какие чувства испытывал Ян, потеряв Кейси, и сопереживаю ему только потому, что я на него похож. Как тебе, наверное, известно, он был довольно мрачным человеком. Он ни с кем не был близок и никогда никому ничего не говорил о смерти Кейси и не делился своими переживаниями. Но я их чувствовал.
Его голос дрогнул, и Тони снова ободряюще сжала его руку.
– В общем, это, конечно, как я и говорил, смешно, – продолжал Блейз, – но помимо всего я еще думаю – вернее, это просто чувство, – что Яну сразу станет спокойнее в его могиле, когда я сделаю Сент-Мари одним из миров, на которых со временем окончательно исчезнут убийства – и переведутся убийцы.
Блейз замолчал, и она не стала нарушать его молчания. Но тут тишину нарушил сигнал браслета. Накануне они по взаимному молчаливому согласию, даже какому-то поистине телепатическому взаимопониманию отключили все громкоговорители в комнате. Блейз отключил даже свой браслет, и только на браслете Тони продолжал действовать канал экстренной связи. Она предупредила, что Блейза нельзя беспокоить ни при каких обстоятельствах, а ее – только в случае крайней необходимости. Тони протянула руку, взяла браслет с небольшой тумбочки, парящей рядом с постелью, и поднесла его к губам.
– Да? – сказала она.
Несколько мгновений она просто слушала и ничего не говорила.






