Она зевнула и протянула руку к мужчине, в объятиях которого провела ночь.
Кровать была пуста. Она оглянулась вокруг.
— Гарет?
Никто не ответил.
— Гарет? — снова окликнула она.
Молчание. Только требовательный плач Шарлотты нарушал тишину. Взглянув на часы, стоявшие на каминной полке, Джульет тихо охнула. Неужели уже половина десятого? Она еще никогда не просыпалась так поздно!
Но и никогда еще не проводила ночь в объятиях мужчины, подумала она, покраснев. Встречи с Чарльзом были всегда короткими и происходили украдкой за дровяным сараем ее отчима, куда блестящий британский офицер приходил в гражданской одежде, чтобы не вызывать подозрений. Но ночь с ним она никогда не проводила. Ее голова никогда не покоилась на его груди, она никогда не дремала под его рассказы о детстве, чувствуя, как он гладит ее волосы, никогда не засыпала в объятиях его надежных рук и не смеялась до слез, как это было прошлой ночью, когда Гарет рассказывал ей, что проделали со статуей в Рэйвенскоме он и его приятели из компании шалопаев.
Вспомнив об этом, она и сейчас не могла удержаться от смеха. Надо же было придумать такое: покрасить органы коня в пурпурный цвет!
Она встала с постели и сладко потянулась. И тут заметила записку, оставленную на столе возле кровати.
Моя дорогая Джульет!
Я ушел, чтобы начать работу у Спеллинга. Не знаю, когда вернусь домой, но, возможно, вернусь поздно, так что ложись спать и не жди меня.
Люблю, целую, Гарет.
P.S. Я уже по тебе скучаю. Целую много раз.
Сердце у нее сладко замерло от счастья. Он написал:
«Я уже по тебе скучаю».
Она прикоснулась к записке губами. Я тоже скучаю по тебе.
Проголодавшаяся Шарлотта раскричалась вовсю. Положив записку на стол, Джульет подошла к колыбельке и взяла дочь на руки. Гарет, добрая душа, съездил вчера вечером в Абингдон и раздобыл колыбельку у булочника, пообещав за нее дать несколько уроков фехтования его сыну.
— Что случилось, малышка? Ты проголодалась?
Пока дочка насыщалась, Джульет даже покраснела, потому что не могла не вспомнить о поцелуях мужа в эту самую грудь прошлой ночью. Как жаль, что он сейчас не здесь, а работает на Снеллинга. Как было бы хорошо проснуться в объятиях друг друга в это первое утро их совместной жизни!
Ее взгляд упал на столик возле кровати, где, прикрытая ее платком, лежала миниатюра Чарльза. Джульет задумчиво взяла ее в руки. Ей не хотелось надевать медальон на шею. Она просто положила портрет на ладонь, вглядываясь в черты изображенного на нем человека, который, как ей теперь казалось, принадлежал к другой жизни.
— Чарльз… я была значительно моложе, когда узнала тебя, — шептала она, пытаясь найти подходящие слова. — Я была впечатлительной девчонкой, а ты — божеством в блестящем офицерском мундире, верхом на великолепном коне.






