Она забыла о том, какое это великолепное ощущение — соблазнять мужчину. Она забыла, как захватывает дух и кровь приливает к щекам, когда чувствуешь, как он возбуждается. Она и сама была так возбуждена, что уже не могла остановиться, продолжая дрожащими руками ласкать его сквозь брюки.
Потом она опустилась на колени и поцеловала его.
Он застонал от удовольствия. Джульет принялась лихорадочно расстегивать одну за другой пуговицы, пока наконец он не вырвался на свободу — огромный, горячий, нетерпеливый. Она взяла его в руки, прикоснулась щекой к теплой плоти и принялась покрывать нежными поцелуями по всей длине, потом раскрыла губы и легонько прикоснулась к нему языком.
— О, Джульет, остановись!
Но она уже взяла в рот набухшую головку, и он беспомощно прислонился к стене, постанывая, как бы признавая свое поражение. А она, прикасаясь к нему языком, продолжала самозабвенно ласкать его. Гарет долго сдерживал себя, но наконец, не выдержав больше, поставил ее на ноги и жадно прижался губами к ее губам, проникая языком между зубов.
— О Боже… Джульет, ты заставляешь меня терять голову…
Да. Она все сделала правильно. Она никогда не пожалеет об этом, никогда. Прижавшись к нему губами, она беспомощно терлась бедрами о его набухшую плоть. Тяжело дыша, он оторвался от ее губ, и его пальцы скользнули под отороченный кружевом ворот ее платья.
— О Гарет…
Так приятно было чувствовать его большую горячую руку на своей коже! Он сдвинул вниз лиф ее платья, взял в ладонь полную грудь и высвободил ее. И сразу же принялся жадно ласкать ее, любовно покусывая набухший сосок, проводя языком вокруг него.
У Джульет перехватило дыхание. Она почувствовала, как желание, нарастая, близится к кульминации. Она постанывала, терлась бедрами о его бедра, вцепившись пальцами в его густые волосы на затылке.
— О, Джульет, — пробормотал он, покрывая поцелуями ее грудь, — ты так прекрасна… Произнеси мое имя, дорогая, — хрипло прошептал он, не отрывая губ от ее груди. Тем временем его руки скользнули под юбки и принялись медленно поднимать их вверх. — Произнеси мое имя, чтобы я знал, что это я воспламеняю тебя.
— Гарет!
Он рассмеялся.
— Гарет. Гарет. Гарет!
На последнем слове у нее перехватило дыхание, потому что его руки обняли ее за бедра и приподняли над полом. От неожиданности она уцепилась за его плечи, чтобы удержать равновесие. Ощутив горячую головку его мужского естества, застывшую наготове у входа внутрь ее тела, она инстинктивно как можно шире раздвинула ноги, сгорая от страстного желания.
Но он застыл без движения, верный своему слову, не желая принуждать ее делать то, чего она, возможно, не хочет.
И Джульет, безумно желая как можно скорее почувствовать его внутри своего тела, взмолилась:
— О, Гарет… прошу тебя!
Он только этого и ждал.






