ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Стивен Кинг "МОНСТР" Часть первая "ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ" 1. РАЗГОВОР НАСЧЕТ РАБОТЫ Джек Торранс подумал: "НАСТЫРНЫЙ СУКИН СЫН". В Уллмане было пять футов пять дюймов, а двигаясь, он обнаруживал ту суетливую, раздражающую быстроту, что присуща исключительно толстячкам небольшого роста. Аккуратный пробор делил волосы, а темный костюм был строгим, но внушал доверие. Вот человек, к кому вы можете прийти со своими проблемами, говорил костюм, денежному клиенту. Штатному персоналу он сообщал более отрывисто и грубо: "Ну, ты, лучше пусть все будет путем". В петлице сидела красная гвоздика - может быть, для того, чтобы никто из прохожих по ошибке не принял Стюарта Уллмана за местного гробовщика. Выслушивая, что говорил Уллман, Джек для себя решил, что в подобных обстоятельствах, вероятно, не симпатизировал бы ни одному человеку по свою сторону стола. Уллман задал вопрос, который Джек пропустил мимо ушей. Вышло нехорошо. Уллман принадлежал к тому типу людей, которые заносят подобные промахи в мысленный "Ролодекс" для позднейшего рассмотрения. - Простите? - Я спрашиваю, до конца ли ваша жена понимает, что за обязанности вы здесь на себя примете. И потом, конечно, ваш сын. Взгляд Уллмана скользнул вниз к лежащему перед ним заявлению. Дэниэл. Вашу жену ничуть не пугает такая мысль? - Венди - необыкновенная женщина. - И сын у вас тоже необыкновенный? Джек изобразил широкую рекламную улыбку. - Мне кажется, нам нравится так думать. Для пятилетнего он вполне самостоятелен. Никакой ответной улыбки от Уллмана. Он сунул заявление Джека назад в папку. Папка отправилась в ящик. Теперь поверхность стола была абсолютно голой, если не считать пресспапье, телефона, лампы "Тензор" и бювара с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Что же случилось?

- Коронер графства говорил, после всего, что дамочка выдула, она заглотила чуть ли не тридцать пилюль для сна. На следующий день объявился муженек - юрист, крупная шишка из Нью-Йорка. Ну и задал же он перцу старине Уллману, чертям в аду жарко стало! "Возбудим дело такое, да возбудим дело сякое, да когда все кончится, вам и пары чистого белья не найти", ну, и все в том же духе. Но, Уллман, паскуда, хорош. Уллман его угомонил. Спросил, наверное, эту шишку, придется ли ему по вкусу, коли про его жену пропечатают все нью-йоркские газеты: "ЖЕНА ИЗВЕСТНОГО НЬЮ-ЙОРКСКОГО ЛЯ-ЛЯ НАЙДЕНА МЕРТВОЙ С ПОЛНЫМ ПУЗОМ

СНОТВОРНЫХ ТАБЛЕТОК, после того, как наигралась в кошки-мышки с мальцом, который ей во внуки годится".

"Порш" легавые нашли за ночной закусочной в Лайонсе, а Уллман кой на кого нажал, чтоб его отдали этому юристу.

Потом они вдвоем навалились на старину Арчи Хотона, коронера графства, и заставили поменять вердикт на "смерть от несчастного случая". Сердечный приступ. Теперь старина Арчи катается в "крайслере". Я его не виню. Дают бери, бьют - беги, особенно, коли с годами начинаешь обустраиваться.

Явился платок. Трубный звук. Быстрый взгляд. С глаз долой.

- И что же происходит? Что-нибудь через неделю эта тупая шлюха, горничная, Делорес Викери её звать, убирается в номере, где жила та парочка, начинает орать, будто её режут, и падает замертво. Очухалась она и говорит, дескать, видела она в ванной голую бабу. "А лицо-то все багровое, раздутое - да ещё она ухмылялась". Тут Уллман выкинул её с работы, сунул жалованье за две недели и велел убираться с глаз долой. Я подсчитал с тех пор, как мой дед открыл этот отель в 1910 году, тут человек сорок пятьдесят померло.

Он проницательно взглянул на Джека.

- Знаете, как они по большей части отправляются на тот свет? От сердечного приступа или удара, когда трахают свою бабу. Таких старых дураков, что хотят гульнуть под занавес, на курортах пруд пруди. Забираются сюда, в горы, чтоб повоображать, будто им снова двадцать. Бывает, случится иногда неприятность, да только не всем ребятам, что управляли нашим отелем, удавалось скрыть это от газетчиков так же здорово, как Уллману. Так что славу себе "Оверлук" заработал ту еще, будьте спокойны. Провалиться мне, коли у хренова "Билтмора" в Нью-Йорке, ежели расспросить правильных людей, не окажется такая же слава.

- Но привидений-то нет?

- Мистер Торранс, я тут проработал всю свою жизнь. Я играл тут пацаном - не старше вашего сынишки с той фотки, что вы мне показывали. Но до сих пор привидений ещё не видел. Хотите, пошли со мной наружу, покажу вам сарай.

- Отлично.

Когда Уотсон потянулся, чтобы погасить свет, Джек сказал:

- Чего тут полно, так это бумаг.

- А, вы это серьезно. Похоже, копились они тыщу лет.

Газеты, старые счета и фактуры, и Бог знает что еще.