Но вот к нему подскочил долговязый, хилый и прыщеватый юноша (как выяснилось впоследствии, сын хозяина - Агапкин-младший) и, кося на Орлова глаз, стал что-то горячо нашептывать отцу на ухо. Григорий сразу понял, что речь идет о нем. По мере того, как Агапкин-старший слушал, менялось и выражение его лица. Из угрюмо-мрачного, оно стало испуганным, беззащитным, затем лживо умильным, даже радостным. Таким и осталось, когда он, широко улыбаясь, обратился к Орлову:
- Милости прошу, дорогой шпион! Добро пожаловать! Чего желаете?
"Они что, принимают меня за шпиона что ли?!" - удивился Орлов и понял, что его разговор с толстяком в автобусе, стал достоянием города.
"Завтра же надо бежать из этого города, не то угодишь в такое, что не выберешься", - решил он.
- Ты что, козел, - услышал Григорий горячий шепот Агапкина-младшего, это ж секретная информация!
- Да пошел ты! - зашипел в ответ отец. - Пусть знает, что он у нас на крючке.
- Извинете, что позволяю себе перебить ваш содержательный диалог, милейший, но не найдется ли у вас что-нибудь поужинать? - спросил Гроигорий.
- Как же не найдется? Конечно найдется! Дорогому гостю мы сообразим кое-что с хозяйского стола. Что предпочитаете: индейку с рисом, эскалоп с картошечкой фри или запеченного по-бесовски осетра?
От названия блюд у Григория потекли слюнки.
- А нельзя ли всего понемногу?
- Ну отчего же нельзя. Конечно можно. В кои веки мы видим у себя живого шпиона! Разве мы можем вам в чем-то отказать? Сынок, живо организуй все что пожелал дорогой гость.
Агапкин-младший ушел. Орлов не стал разубеждать хозяина в отношении своей персоны. К чему? Он все равно не поверит ни единому его слову. К тому же, посвящение его в шпионы сулило большие преимущества.
- Кто это такие? - спросил Орлов хозяина, кивнув в сторону зала.
- Хлюндявые, - ответил тот равнодушно.
- Чем же они занимаются?
Лицо Агапкина стало удивленным и осуждающим, будто Григорий сказал что-то очень неприличное.
- Хлюндявят конечно.
- А что они конкретно делают?
- По разному. Кто на стройке хлюндявит, кто на заводе.
- Работают что ли?
Агапкин-старший закатил глаза, немного подумал и, вспомнив вероятно полузабытое слово, кивнул в знак согласия головой.
- Ну да. Я и говорю - хлюндявят.
- И много их у вас живет?
- Прилично.
- Они что же, все холостые?
- Нет, холостые только самые хлюндявистые. Прилежным хлюндявым разрешено жить с куклявками.
- С кем, с кем? - не понял Орлов.
- С кук-ляв-ка-ми, - ласково, растягивая слоги, проговорил Агапкин. Похоже, что он уже давно решил, что имеет дело со слабоумным.
- А! Это тоже хлюндявые, но только женщины, - "догадался" Григорий.






