ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... НЕМЦОВ Борис Ефимович ПРОВИНЦИАЛ О себе О людях Общество и государство Персоны Мир вокруг О СЕБЕ ОТКУДА Я? Сейчас я, конечно, "сам из себя", автономный. Впервые я почувствовал свою автономность, пожалуй, классе в десятом. Чувство было связано с конкретным событием: впервые не пришел домой ночевать. Скандал был, это ясно. Пришлось ощутить себя самостоятельным... А вообще, судя по росту, по комплекции и по волнистым волосам, я явно в отца. Если говорить о чертах лица, о памяти и вообще об умственных способностях, то - больше в маму. ПРОШЛОЕ - СО МНОЙ? Конечно. Правда, запоминаются почему-то довольно смешные истории, какие-то несущественные, малозначимые. Например, как я потерялся на пляже, когда мы с матерью были в Сочи. Часто вспоминается. Или, когда уже в Горький переехали, играли в догонялки на строящихся гаражах и я свалился и распахал себе голову. Детские драки вспоминаются, в том числе в школе. Это были отнюдь не победоносные драки. В детских драках я победителем не был. Вспоминаются всякие истории из жизни в военных лагерях. Вот одна такая: утро раннее, прапорщик Зайнуллин, как сейчас помню, заходит в палатку и говорит: "Подъем!" Естественно, громким голосом. Все встали, а я лежу. Потому что шесть часов утра, а я не привык вставать в шесть часов утра. Второй день в армии! Потом он входит снова, а я уже один. Говорит: "Тебе что, непонятно?" Я понял, что сейчас что-то будет. Вышел. Прапорщик Зайнуллин говорит, спокойно так: "Ну вот что. Либо ты сейчас подтянешься больше, чем я, на турнике, либо пойдешь пять километров гусиным шагом. На корточках, значит. Без остановки". Пять километров гусиным шагом - это смерть. Нельзя пройти. Прапорщик Зайнуллин был человеком худ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У нас в России, особенно у пожилых людей, отношение к телефону трепетное. Может быть, это последняя игрушка, которая остается в жизни. Особенно когда люди уже не могут ходить и встречаться с другими людьми.

Вместе с тем суровые реалии нашей жизни могут привести к тому, что за это "удовольствие" надо будет и платить. За каждую минуту разговора. Думаю, что такое небольшое видоизменение в оплате может привести к изменениям в сознании общества. Особенно среди молодежи, которая уже развращена возможностью часами болтать по телефону. Введение повременной оплаты за телефон, как это ни парадоксально, может превратить Россию в более сдержанную и целеустремленную страну. Без особого романтизма и безалаберности.

По телефону очень трудно объясниться в любви. Хотя для людей, разделенных большими расстояниями, это единственное средство, которое их связывает, - и все же долгое общение только по телефону попахивает извращением. Одним словом, "с любимыми не расставайтесь".

ТЕЛЕФОН УПРАВЛЯЕТ СУДЬБОЙ

О наиболее судьбоносных событиях я узнавал именно по телефону. И самые тяжелые разговоры были тоже, как правило, по телефону. Запомнился разговор с Ельциным 22 сентября 1993 года - я о нем уже говорил. В тот же период был очень жесткий разговор с Черномырдиным. Он, будучи обязанным выполнять волю президента, понимал, что указ находится за пределами всякой законности.

Был и более радостный разговор. Когда президент позвонил накануне нашей поездки в Чечню, в конце мая 1996 года. Спросил, помню ли я, как во время скандальной передачи миллиона подписей он обещал взять меня с собой в Чечню. Я ответил, что мне 36 лет и склерозом не страдаю. Намек на возраст Ельцин понял, но не обиделся. Засмеялся, сказал:

- Вечно ты подчеркиваешь мой древний возраст!

И приказал мне явиться в аэропорт Внуково-2 для полета.

Естественно, этот приказ мог быть передан только по телефону. Из соображений безопасности. Он воспользовался совсекретной телефонной связью.

В начале моей работы в этом кабинете каждый звонок телефона правительственной связи вызывал у меня безысходное предчувствие того, что я сейчас услышу. Сейчас я отношусь к этому спокойно. Единственно, когда и сегодня у меня замирает сердце, это когда телефонистка, работающая в совсекретной системе связи, сообщает: "Сейчас с Вами будет разговаривать Ельцин". До сих пор сильно волнуюсь. Не потому, что он - президент. А потому, что у него очень сильное биополе, он действительно может воздействовать на людей. Конечно, по телефону этого воздействия нет, но при разговоре по телефону возникает очень яркое воспоминание личного общения. Оно и трансформируется в реальное ощущение. Когда долго не общаешься, это проходит. Забывается.