Один раз разговор произошел при невероятных, загадочных обстоятельствах. Я ехал в Москву на машине. Ночью. Возле Владимира, где связь с Нижним уже отсутствует, вдруг зазвонил телефон. Меня это очень удивило. Я взял трубку. Зычный мужской голос приказал мне немедленно остановить машину.
- Почему это я должен останавливать машину?
Трубка ответила:
- Потому что сейчас с помощью спутниковой системы с вами будет разговаривать президент.
Был конец 1992 года, когда сняли Гайдара, и президент размышлял над тем, кого назначить премьер-министром. И он со мной советовался по поводу той или иной кандидатуры.
Я был абсолютно не готов к этому разговору. Президент тогда пригласил меня работать, не в качестве премьера, хотя и эту возможность не исключал.
Если бы Ельцин тогда видел, в каком виде я с ним разговариваю! Машина стояла на обочине, водитель, испуганный, выскочил из-за руля на дорогу, я - один на один с какой-то спутниковой связью... Уникальный эпизод.
И совсем недавно, перед президентскими выборами, Ельцин доставал меня по телефону в самых экзотических местах. Когда мы были с Черномырдиным в Сарове, президент немедленно позвонил узнать, как прошел визит и выполнило ли федеральное правительство обязательства перед городом. Второй раз в этот день его звонок застал меня на чемпионате теннисистов закрытых городов России. Я в этом чемпионате участвовал как гость. Ельцин удивился, что я так долго не подхожу к телефону...
А Черномырдин однажды отловил меня в бане.
Большие начальники находят тебя где угодно. Спрятаться от них очень трудно. Как они это делают - загадка. Вообще система поиска человека налажена у нас в России очень хорошо.
Может быть, гораздо лучше, чем в других местах.
Все эти телефонные "поиски и находки" всегда отличали Россию от другого мира. С этими вещами связана какая-то мистика. И, кстати, только в России существует такое обилие всевозможных секретных и совсекретных, необычных телефонов. У нас телефон - атрибут власти. Каждый начальник имеет на своем столе гигантское количество телефонов. Президент - счастливое исключение; у него практически нет телефонов на столе. Всего один, кажется. Ему достаточно.
Среди немыслимого числа систем связи есть свой ранжир. Вот, например, этот телефон на моем столе, вполне невзрачный с виду, звонит очень редко. Но уж если он звонит... Таких телефонов в стране всего пятнадцать. Или даже меньше.
Появился он у меня так: когда здесь был президент (а он, естественно, приезжал со своей связью), он по этому телефону разговаривал с Мэйджором. Когда Ельцин уходил, я спросил, можно ли оставить этот телефон. Он сказал - пожалуйста.
Телефон в России - гораздо больше, чем просто обычный аппарат.






