ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Те, кому не живется в пресной реальности, где воображение постоянно требует свежей и острой пищи, те, кому уже мало зачитанных до дыр Толкина, Льюиса, Ле Гуин, – эта книга для вас.Могущественный пр... Превращение Кэрол Берг Глава 1 Сражения между богами происходят в душах людей, и, если боги недовольны полем битвы, они меняют его форму по собственному усмотрению. Так говорится в эззарианском пророчестве. И я этому верю. Я видел такое сражение и такую трансформацию, она могла произойти только по желанию богов. Это была не моя душа – слава Вердону и Валдису, и всем остальным богам, – но и я не остался прежним. Наследный принц Александр, пфальцграф Азахстана и Сузейна, жрец Атоса, сюзерен Базрании, Трайса и Манганара, наследник Львиного Трона Империи Дерзи был, наверное, самым неотесанным, злопамятным и самонадеянным юнцом из тех, что когда-либо проезжали через пустыни Азахстана. Он показался мне таким с самого первого мига нашей встречи, хотя меня можно упрекнуть в предвзятости. Трудно проявлять объективность, когда ты голым выставлен на продажу с аукциона под пронизывающим холодным ветром, холодным настолько, что и у дьявола смерзлись бы печенки. Принц Александр унаследовал рассудок и мощь королевской династии, которая правила постоянно растущей империей на протяжении пяти столетий, и его предки были достаточно умны, чтобы не допускать кровосмешения или усобиц. Дворяне старшего поколения и их жены презирали его за все его явные пороки, даже тогда, когда пытались уложить в его постель своих созревших дочек. Знать помоложе, и сами не образцы добродетели, называли его отличным парнем, помня о тех расточительных увеселениях, в которых он позволял участвовать и им. Правда, они часто меняли свое мнение, становясь жертвами прихотей принца или его раздражительности. Военачальники Дерзийской империи считали его достойным полководцем, хотя ходили слухи, что они тянули жребий в с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Обломки камней, слишком гладких и правильных, чтобы иметь природное происхождение, покрывали пучки выросшей за долгие годы травы, то и дело встречались участки дороги, совсем не тронутые временем. Дорога привела нас в небольшую, поросшую высокой травой долину, где рос огромный ясень. Посреди долины виднелись останки какого-то прямоугольного здания. Часть постройки стояла без крыши, огромные куски гранита были кучами навалены вокруг колонн. Но другая часть оказалась нетронутой. Это был древний дворец. Лошадь Хоффида паслась в стороне от него. Я понял, что это и есть одна из построек древних мастеров. Утешители часто захватывали жертву демонов в разрушенных храмах, домах или колоннадах. Мелидда, сохраняющаяся в таких местах, облегчала снятие заклятия и передавала жертву к Айфу, находящемуся в Эззарии. Мы спешились и стреножили наших лошадей рядом с кобылой Хоффида. На зеленые листья упали первые тяжелые капли дождя. Хоффид вышел к нам навстречу, взяв руки Катрин в свои и глядя на нее так, что было ясно: кроме нее, в его мире больше никого не существует. Она провела рукой по его щеке, и многое мне стало очевидно. Я улыбнулся себе и подумал, что Элен должна быть рада сейчас. И Александр был бы доволен. Он снова оказался прав.

– Сюда, – указал Хоффид, говоря шепотом, словно боясь потревожить живущих в тумане привидений. Он повел нас по широкой лестнице наверх. Мы оказались на этаже с ванными комнатами. Там было несколько неглубоких бассейнов, каждый последующий меньше предыдущего. Мы прошли в уцелевшую часть здания. Стенки бассейнов, тех, что побольше, крошились, единственная вода, сохранившаяся в них, была результатом прошедших дождей и таяния весенних снегов. Стены и колонны вокруг бассейнов были обрушены, и невозможно стало догадаться, чем занимались под их сенью много веков назад. Остатки красных и синих плиток намекали, что некогда это место было гораздо красочнее, чем теперь, когда оно сливалось по цвету с горной грядой.

Мы поднялись еще по одной лестнице, дождь стучал в уцелевшие стены. В очередном зале сохранились не только стены, но и ряды колонн. В углу находился небольшой бассейн с фонтаном в форме птицы. Птичья голова была давно отломана. За этим бассейном был еще один, совсем крошечный. Отделанный темно-синими плитками с небольшим вкраплением красного. Бьющая откуда-то снизу вода заполняла его вплоть до специального отверстия, через которое должен был наполняться следующий бассейн, но следующего не было. Вода просто выливалась через трещину в полу. Этот маленький бассейн был настоящим чудом: вода сияла чистотой, плитки не заросли мхом и тиной, не откололись. Вокруг него стояли широкие каменные скамьи. Только одна из них полностью сохранилась.