ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Те, кому не живется в пресной реальности, где воображение постоянно требует свежей и острой пищи, те, кому уже мало зачитанных до дыр Толкина, Льюиса, Ле Гуин, – эта книга для вас.Могущественный пр... Превращение Кэрол Берг Глава 1 Сражения между богами происходят в душах людей, и, если боги недовольны полем битвы, они меняют его форму по собственному усмотрению. Так говорится в эззарианском пророчестве. И я этому верю. Я видел такое сражение и такую трансформацию, она могла произойти только по желанию богов. Это была не моя душа – слава Вердону и Валдису, и всем остальным богам, – но и я не остался прежним. Наследный принц Александр, пфальцграф Азахстана и Сузейна, жрец Атоса, сюзерен Базрании, Трайса и Манганара, наследник Львиного Трона Империи Дерзи был, наверное, самым неотесанным, злопамятным и самонадеянным юнцом из тех, что когда-либо проезжали через пустыни Азахстана. Он показался мне таким с самого первого мига нашей встречи, хотя меня можно упрекнуть в предвзятости. Трудно проявлять объективность, когда ты голым выставлен на продажу с аукциона под пронизывающим холодным ветром, холодным настолько, что и у дьявола смерзлись бы печенки. Принц Александр унаследовал рассудок и мощь королевской династии, которая правила постоянно растущей империей на протяжении пяти столетий, и его предки были достаточно умны, чтобы не допускать кровосмешения или усобиц. Дворяне старшего поколения и их жены презирали его за все его явные пороки, даже тогда, когда пытались уложить в его постель своих созревших дочек. Знать помоложе, и сами не образцы добродетели, называли его отличным парнем, помня о тех расточительных увеселениях, в которых он позволял участвовать и им. Правда, они часто меняли свое мнение, становясь жертвами прихотей принца или его раздражительности. Военачальники Дерзийской империи считали его достойным полководцем, хотя ходили слухи, что они тянули жребий в с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но если ты откажешься и будешь продолжать высказываться подобным образом, я посмотрю на твое повешение, родственник ты или нет. Не думай, что мой отец станет заступаться за тебя.

Александр».

Сломанная печать была красной.

– Им не удалось заполучить его, – тихо сказал я.

– Я тоже так понял. Когда мы расстались с ним шесть дней назад, он знал, что я не собираюсь мстить. У меня была возможность убить его, но я не сделал этого. А что до моих «способностей»… Он всегда был сильнее меня. Даже когда мы еще были под присмотром нянек.

– Но все-таки не стоит доверять этому письму. – Я вернул Кирилу бумагу. – Он мог сохранить малую частичку себя, утаить от них. Но все может разом измениться. Понимаете? Демон живет внутри него, и каждый раз, когда он сопротивляется его воле, он будет расплачиваться за это.

Кирил улыбнулся:

– Я знаю Александра намного дольше, чем вы. Вы даже не представляете всей степени его упрямства.

Катрин вилась в проеме двери, словно мотылек, летящий на свет.

– Сейчас вам лучше уйти, – сказал я. – Катрин прикончит меня, если я не вернусь к своим упражнениям. Спасибо, что навестили нас.

– Да пребудет Атос на твоей стороне, друг.

– Да будет так.

Когда он ушел, я еще немного порадовался крошечной победе Александра. Каждое мгновенье, которое он сможет продержаться, даст мне дополнительное время в битве. Если он сумеет утаить мое имя, демоны не вдруг доберутся до меня. Если он не выдаст того, что знает меня, мое появление станет для них полной неожиданностью, давая мне еще одно преимущество. Хотел бы я верить, что упрямство спасет его и от твари, пожирающей его душу, но я тут же отогнал эту мысль. Я не мог позволить себе поверить в такое. И должен рассчитывать в этой битве только на себя.

Не прошло и получаса, как Катрин пришла ко мне и сказала, что пора идти.

– У тебя еще будет время на подготовку.

Я кивнул и пошел за ней вниз по лестнице. Мы вышли под затянутое тучами небо. Хоффида нигде не было, но лошади ждали нас. Волосы Катрин были заплетены в тяжелую косу, обвивавшую голову. Когда мы проехали через ворота и свернули на узкую дорожку, уводящую нас в луга, ветер вцепился в ее прическу, выдрав из нее несколько коротеньких прядей. Катрин была одета как обычно: в коричневую юбку для верховой езды, темно-зеленую тунику, которая то темнела, то светлела под лучами выходящего из-за туч и снова скрывающегося солнца. Фантастический воин, едущий на битву. Мы ни о чем не говорили. Это не было запрещено. Просто не было необходимости. Дорога вела нас к холмам к востоку от Парнифора, через широкий разлом в скалах. Удивительно было наблюдать, как невзрачная тропинка, уходя все дальше от обжитых мест, превращается в широкую мощеную дорогу.