ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Те, кому не живется в пресной реальности, где воображение постоянно требует свежей и острой пищи, те, кому уже мало зачитанных до дыр Толкина, Льюиса, Ле Гуин, – эта книга для вас.Могущественный пр... Превращение Кэрол Берг Глава 1 Сражения между богами происходят в душах людей, и, если боги недовольны полем битвы, они меняют его форму по собственному усмотрению. Так говорится в эззарианском пророчестве. И я этому верю. Я видел такое сражение и такую трансформацию, она могла произойти только по желанию богов. Это была не моя душа – слава Вердону и Валдису, и всем остальным богам, – но и я не остался прежним. Наследный принц Александр, пфальцграф Азахстана и Сузейна, жрец Атоса, сюзерен Базрании, Трайса и Манганара, наследник Львиного Трона Империи Дерзи был, наверное, самым неотесанным, злопамятным и самонадеянным юнцом из тех, что когда-либо проезжали через пустыни Азахстана. Он показался мне таким с самого первого мига нашей встречи, хотя меня можно упрекнуть в предвзятости. Трудно проявлять объективность, когда ты голым выставлен на продажу с аукциона под пронизывающим холодным ветром, холодным настолько, что и у дьявола смерзлись бы печенки. Принц Александр унаследовал рассудок и мощь королевской династии, которая правила постоянно растущей империей на протяжении пяти столетий, и его предки были достаточно умны, чтобы не допускать кровосмешения или усобиц. Дворяне старшего поколения и их жены презирали его за все его явные пороки, даже тогда, когда пытались уложить в его постель своих созревших дочек. Знать помоложе, и сами не образцы добродетели, называли его отличным парнем, помня о тех расточительных увеселениях, в которых он позволял участвовать и им. Правда, они часто меняли свое мнение, становясь жертвами прихотей принца или его раздражительности. Военачальники Дерзийской империи считали его достойным полководцем, хотя ходили слухи, что они тянули жребий в с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Гильдия Магов меня простила.

– Будь осторожен с ними, мой господин. У них совсем мало мелидды и ни малейшего понятия о том, как следует ее использовать. – Я умолк. – Извини… я опять тебя поучаю.

– Никогда не извиняйся, когда говоришь мне то, что я действительно должен знать. Я теперь не такой, каким был при нашей встрече. Я пал так низко, что ниже не бывает, а ты поднял меня на ноги. Никогда не забуду этого.

– То, что я увидел в тебе, всегда было с тобой.

Он воздел руки в приступе комического гнева:

– Конечно, ты втянул меня во все эти неприятности. Теперь придется искать нового писца.

Я засмеялся и тронул поводья лошади:

– У меня нет времени его обучать… и рассказывать ему о твоих привычках.

– Его нашла Лидия. Надеюсь, он хорош. Он, правда, не говорит, о чем думает, но сомневаюсь, что он вообще много думает. Ты найдешь кое-что из его трудов в одном из мешков, привязанных к седлу. Посмотри, когда будет время, и выскажи свое мнение.

– Хорошо, – отозвался я, садясь на коня. – Если я когда-нибудь понадоблюсь тебе…

– Будь осторожен, мой дух-хранитель.

– Будь мудр, мой принц. – Его смех еще долго звучал у меня в ушах, когда я скакал по пустынным улицам Загада, а потом выехал в пустыню.

На следующий день, остановившись в крошечной тени, чтобы переждать самые жаркие часы дня, я развернул кусок кожи и нашел там две бумаги, исписанные ровным почерком. Первая была запечатана печатью новоиспеченного помазанника. В ней говорилось, что, несмотря на явные знаки на лице и теле, эззариец, обладатель этой бумаги, является свободным человеком. Любые поползновения на его жизнь, честь или здоровье будут караться смертью или иным предусмотренным в Империи наказанием. Ценная бумага. Даже безграмотный воин пустынь узнает печать наследника.

Но от второй бумаги у меня захватило дух.

«Продолжение истории празднования славного дакраха Александра, наследного принца Империи Дерзи, начатого в Кафарне и законченного в пятый день месяца быка в Загаде.

После славного помазания, проведенного в точности как помазание богом Тиром его сына Атоса в Небесных Чертогах, Император Айвон из Дома Денискаров объявил Александра, при огромном скоплении народа, своим возлюбленным сыном и наследником, Голосом и Рукой Императора. И после совершения помазания, когда все сидели за пиршественным столом, Император спросил своего возлюбленного сына, какой подарок он хотел бы получить в этот знаменательный день: лошадей или земли, камни или золото, рабов или вина, женщин или, может быть, песню о его страданиях и подвигах на пути преодоления заговора презренных келидцев.

Принц отверг предложенные ему богатства, но, ни минуты не медля, высказал свое желание:

– Мой досточтимый отец, у меня есть только одна просьба.