ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Испытать смертельное оружие на своих, а потом замести следы, точнее, замыть их кровью всех прикоснувшихся к тайне — такова цель беспринципных политиканов в генеральских погонах. Талантливый биохими... Защитник Дэвид Моррелл «The Protector» 2003, перевод М. Новыш На третий день огромные силы городской полиции, в помощь которой были приданы полиция штата и национальная гвардия, перешли в наступление. На экране пошли кадры, где силы правопорядка применили слезоточивый газ и вытеснили бунтарей в сторону Мемориального парка, освободив Маркет, Честнат и другие улицы делового квартала. Здесь, среди зелени, окружавшей Гейтвэй-Арк, отступающие в смятении просто растоптали палаточный лагерь, который сами же до этого и поставили. Камера, находящаяся на вертолете, под назойливую болтовню репортера показывала, как бунтарей вытесняют за Гейтвэй. Демонстранты осыпали неуклонно наступающих полицейских градом камней и бутылок. К одной из бутылок была привязана тряпка, а внутри плескалась какая-то жидкость. Юноша поджег тряпку и кинул бутылку, после чего камера резко повернулась, показав место падения бутылки, охваченное пламенем. Между тем репортер негромко заметил, что одетые в защитные жилеты, шлемы и газовые маски и вооруженные дубинками и щитами полицейские напоминают «армию Робокопов». Не обращая внимания на град камней и горящий бензин, блюстители порядка начали стрелять гранатами со слезоточивым газом. Облака газа стали столь плотными, что почти скрыли из виду демонстрантов. Затем пошло изображение с камеры, находящейся на барже, идущей по Миссисипи. Бунтари дрогнули, оказавшись под воздействием газа. Сгибаясь пополам и кашляя, они выглядели очень испуганными, в противовес ярости, наполнявшей их мгновение назад. Потом стали видны полицейские в газовых масках, теснящие демонстрантов щитами и размахивающие дубинками. Началась паника, и бунтари ринулись в единственном направлении,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я не могу защищать человека, который не в состоянии подчиняться моим приказам. Это один из парадоксов работы защитника. Некто нанимает меня. Теоретически он главный. Однако в вопросах обеспечения безопасности главным становлюсь я. Я начинаю отдавать приказания, и моему нанимателю приходится воспринимать меня в качестве начальника. Вы готовы сотрудничать таким образом?

— Все, что угодно, чтобы остаться в живых.

— Вы будете делать то, что я скажу?

Прескотт задумался, а затем опасливо кивнул.

— О'кей. Тогда вот вам первый приказ: опустите этот чертов пистолет, пока я не вколотил вам его в глотку.

Прескотт заморгал и отступил на шаг назад, как будто Кавано влепил ему пощечину. Теперь он держал пистолет более крепко. Затем, нахмурившись, Прескотт медленно опустил пистолет.

— Отличное начало, — констатировал Кавано.

— Если вы не тот, за кого себя выдаете, убейте меня прямо сейчас, — ответил Прескотт. — Я больше не могу так жить.

— Расслабьтесь. Кем бы ни были ваши враги, я не один из них.

Кавано осмотрел комнату. В правом углу, позади мониторов и терминалов, стояли койка, мини-холодильник, раковина и небольшая плита. За ними виднелись душ и унитаз, от которых отходила канализационная труба. Еда, которой были уставлены полки на стенах, свидетельствовала, что Прескотт не слишком беспокоился о своем излишнем весе. Упаковки макарон и сыра, банки с равиоли и лазаньей, коробки с шоколадом, печеньем и чипсами. Кока-кола, обычная, не диетическая.

— Сколько времени вы здесь находитесь?

— Три недели.

Кавано посмотрел на книги. От геологии до фотоальбомов. Художественной нет. Судя по обнаженной женщине на обложке одной из книг, и эротика. Белым пятном среди всего этого виднелся томик стихов Робинсона Джефферса, рядом с которым стояли несколько книг, посвященных поэту.

— Вы любите стихи?

— Умиротворяют душу, — ответил Прескотт напряженным тоном. Казалось, он решил, что Кавано смеется над ним.

Кавано взял книгу в руки и открыл ее наугад, читая первые попавшиеся строчки:

Построил башню ей, когда был молод.

Когда-нибудь она умрет.

Прескотт насторожился еще сильнее.

— Знает, как привлечь мое внимание, — сказан Кавано, ставя книгу на место и продолжая осмотр комнаты. Рядом с небольшим телевизором лежали видеокассеты. Странные вкусы у этого Прескотта. Триллер с Клинтом Иствудом и слезливая история юношеской любви с Троем Донахью и Сандрой Ди.

— Я видел норы и похуже этой. Бомжи и наркоманы в качестве прикрытия. Умно. Как вы узнали об этом складе? И как вам удалось так оборудовать комнату?

— Я сделал все это год назад, — ответил Прескотт.

— Каковы бы ни были неприятности, вы их предвидели?

— Только не ту, которая произошла.

— Так зачем же вы...

— Я всегда принимаю меры предосторожности.

— Не понимаю.

— На всякий случай.