ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Польский писатель Януш Мейсснер — признанный мастер историко-приключенческого жанра. Увлекательные романы писателя, точно воссоздающие колорит исторической эпохи, полные блестяще написанных батальных... Черные флаги Януш Мейсснер Перечень основных действующих лиц Альваро Педро-иезуит, секретарь резидента в Сьюдад-Руэда Бельмон Ришар де — француз, капитан корабля “Аррандора”, впоследствии “Торо” Барнс Перси-матрос с корабля “Зефир” Ведеке Зигфрид-член гданьского сената Визелла Франческа де-жена португальского губернатора Явы Геррера и Гамма Винсент-губернатор Веракруз Дрейк Френсис-англичанин, корсар, капитан корабля “Гольден хинд”(“Золотая лань”) Иника-дочь индейского кацика Квиче-Мудреца Каротт Пьер-француз, капитан корабля “Ванно” Квиче-Мудрец-индейский кацик, владыка страны Амаха Клопс-матрос с корабля “Зефир” Куна Ян, он же Мартен-корсар, капитан корабля “Зефир”, поляк Куна Кароль-брат Яна Мартена Куна Катарина-мать Яна мартена Куна Миколай-польский капер, отец Яна Мартена Ленген Эльза-мещанка из Антверпена Матлока-индианка, бабка Иники Мэддок Гарви-английский корсар, капитан корабля “Найт” Паливода Мацей-гданьский ремесленник, отец Ядвиги Паливодзянка Ядвига-дочь Мацея Паливоды Поцеха Томаш-кашуб, главный боцман корабля “Зефир” Рамирес Диего де-губернатор Сьюдад-Руэда, испанец Рамирес Бласко де-сын Диего, капитан корабля “Санта Мария” Тессари-итальянец, матрос с корабля “Зефир” Тотнак-индеец, вождь племени хайхолов Уатолок-жрец индейского бога Тлалока Уайт Соломон-англичанин, капитан корабля “Ибекс” Хагстоун Уильям-англичанин, офицер с корабля “Ибекс” Штауфль Герман-парусный мастер на “Зефире” Шульц Генрих-помошник капитана “Зефира”. Перечень кораблей и судов “Ванно” — фрегат, собственность Пьера Каротта, капитан-Пьер Каротт “Гольден хинд” — каперский корабль, собственность Френсиса Дрейка, капитан Френсис Дрейк “Зефир” — галеон, собственность Миколая Куны, капит

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Несмотря на это, он прекрасно умел воевать и ловко управлял артиллерийским огнем, а только это и стало бы его задачей, если бы в отсутствие Мартена возникла необходимость обороны от неожиданного нападения врага.

Что касалось Педро Альваро, то Мартен избавлялся от него с радостью, хотя и не мог возражать, что иезуит немало сделал для Амахи, не только дав возможность подданным Квиче войти в царство небесное, но и в делах более вещественных. Однако в результате все расширявшейся общественной, просветительской и проповеднической деятельности миссионера его значение и влияние неуклонно росли, чего Мартен ни в коей мере не желал. Пришло время устранить Альваро со сцены, заменив несколькими молодыми индейцами, которые помогали ему при службах, выказав при этом немалые способности и склонности к пастырскому служению.

Самой трудной проблемой, которую предстояло решить Мартену, был подбор экипажей для трех кораблей. Он не мог их укомплектовать индейскими и негритянскими добровольцами хотя бы потому, что лишь ничтожная их часть решилась бы на столь дальнее путешествие, а большинство явно бы не выдержало плавания в северных водах. Правда, предвидя это, он заблаговременно завербовал в Кампече и на Антилах несколько десятков авантюристов, которые жаждали вернуться в Европу, но по большей части были это люди деморализованные и ненадежные, на которых нельзя положиться. Вот и пришлось ему уступить Бельмону и Шульцу своих боцманов, оставляя на “Зефире” только самых необходимых.

Наконец управившись со всем, Ян вздохнул с облегчением. По сути, он был даже доволен, что надолго расстается с Уайтом, Шульцем и Бельмоном, и даже с большинством старой команды “Зефира”. Вовсе не жаждал видеть их свидетелями своего бракосочетания с Иникой. Знал, что этот шаг и сопровождающий его церемониал небывало их бы огорчил, а может даже и унизил или сделал его смешным в их глазах. Предпочел, чтобы все произошло во время их пребывания в Англии.

Знал, что времени у него будет достаточно; рассчитывал на их возвращение месяцев через шесть-восемь. Перед бракосочетанием Ян решил предпринять ещё одно плавание вместе с несколькими французскими и английскими корсарами, кормившимися контрабандой. Главной его целью была на этот раз закупка скота — лошадей и мулов, а также крупного запаса соли для Амахи.

Соли! Он боялся в этом признаться, чтобы не вызвать иронических усмешек. Сам был виноват: научил “дикарей” приправлять пищу солью, приучил их — и теперь должен был её поставлять, чтобы удовлетворить растущее потребление.

За последние плавания ему не удалось добыть ни мешка, зато в Тампико мог закупить хоть десяток тонн.