Он не столько
двигался
к нему, сколько
проявлялся
там, где был тот объект и его разум. Затем он почувствовал, что использует маленький розовый мозг, называющий себя «Джорджем Дорном», и через этот крошечный инструмент общения входит в контакт с более изощренным разумом – с очаровательной мыслящей конструкцией, которая с присущим ей благородным юмором подтрунивала над собой, величая себя БАРДАКом. И, находясь в контакте с этим разумом, единственным, который ему хотелось бы узнать получше, он столкнулся с фактом, который был для него несущественным, но оказался очень важным для крошечного существа по имени Джордж Дорн…
Джордж видел. Белое становилось черным, ослепительно черным. Затем снова белым. Затем белизна ослепительно вспыхнула, и воспоминание исчезло.
Джордж поглядел на Хагбарда. Хагбард смотрел на Джорджа, на его оливковом лице блуждала едва заметная улыбка. Эта улыбка сказала Джорджу, что Хагбард знает, что он знает.
– О, – сказал Джордж… Хагбард ободряюще кивнул.
– Ты пятый Иллюминатус, – сказал Джордж.
– Верно, – согласился Хагбард.
– Но ты работал против остальных. Пока они были всемирным заговором, проникающим во все остальные организации, ты проник к ним.
– Вот именно, – подтвердил Хагбард. – У каждого золотого яблока есть свой червь, выедающий его сердцевину.
– Они вообще не были настоящими Иллюминатами. Ты – один из настоящих Иллюминатов.
– Ты понял. Ты все понял. Джордж нахмурился.
– В чем на этот раз заключалась твоя Демонстрация? И для кого ты ее устраивал?
– В целом – для Мастеров Храма подлинного Ордена Иллюминатов; и в частности – для одного старого циника в Далласе. Я пытался им показать, что в этом мире можно жить, не совершая преступлений, и потерпел неудачу. Я был вынужден пустить в ход все коварные инструменты правителей, один за другим: обман, карнавальную магию, чтобы произвести впечатление на доверчивых, и, наконец, пошел на убийство. Циники опять оказались правы. Пытаясь спасти мир, я закончил лишь тем, что отдал на растерзание тварям, жужжащим, кричащим и свистящим в
, мою душу и карму. – Значит, эта история в итоге оказалась трагедией? – спросил Джо.
– Стало быть, так, – кивнул Хагбард. – Жизнь на Земле остается трагедией, пока она кончается бредом смерти. Мои следующие проекты – звездолет, с помощью которого можно будет найти в этой галактике хоть кого-нибудь в здравом уме, и пилюля бессмертия, которая положит конец бреду смерти. Если эти цели не будут достигнуты, жизнь на нашей планете прекратится.






