Этот городок мог бы быть Вест-Блу, а те люди – мной и моей семьей. Я видела, как шевелятся твои губы, когда ты пересчитывал мертвецов... Есть много такого, с чем я сражалась бы зубами и ногтями, чтобы сохранить тебя. Твои родные, мои родные, другая женщина, болезнь, глупость крестьян – назови что хочешь. Но я не могу сопротивляться Гринспрингу. И не хочу.
Даг быстро моргнул, и на мгновение золото его глаз показалось расплавленным. Он смахнул рукой блестящие капли со щек, наклонился и поцеловал Фаун в лоб – тем же пугающим поцелуем, так похожим на благословение.
– Спасибо, – прошептал он, – ты и представить себе не можешь, как это мне помогло.
Фаун коротко кивнула и сглотнула горячий комок в горле.
Они вошли в шатер, чтобы переодеться; Даг скинул свои короткие штаны и сандалии, Фаун – повседневное платье. Когда, опустившись на колени перед сундучком, Фаун достала самую чистую рубашку Дага, он удивил ее, сказав:
– Нет, достань мою лучшую рубашку – ту, что сшила твоя тетушка Нетти.
Свою свадебную рубашку Даг ни разу не надевал со дня венчания. Удивленная Фаун достала ее, завернутую в другую одежду, чтобы не испачкать и не помять; там же оказалось и ее зеленое нарядное платье.
– О да, надень его, – сказал Даг, оглянувшись через плечо. – Оно так тебе идет.
– Ну, не знаю, Даг... Оно такое деревенское! Не стоит ли мне одеться, как одеваются Стражи Озера?
Даг криво улыбнулся.
– Нет.
В сложившихся обстоятельствах перспектива оказаться перед всеми в свадебной одежде беспокоила Фаун. Она поправила тесьму на своем левом запястье и почувствовала прохладное прикосновение золотых бусин к коже. Предстоит ли им в этот полдень перестать быть мужем и женой, словно проделывая обратный путь из-за того, что они заблудились? Может быть, они и вправду свернули куда-то не туда... Однако, перебирая в памяти звенья цепочки событий, Фаун не могла найти ошибки.
Даг взял с собой свой костыль, так что Фаун решила, что путь до рощи совета неблизкий – Даг уже несколько дней как перестал опираться на костыль, если идти было недалеко. Фаун расправила складки юбки, надела башмаки и вышла следом за Дагом из шатра.
Через некоторое время Даг понял, что прошел милю, не заметив ничего, что представало его глазам, и вовсе не потому, что вид был таким знакомым. Его разум словно попал в какое-то пустое пространство, и он не мог определить, готов ли он к действию или просто онемел. Они шли мимо здания штаба, когда Фаун, странно .молчаливая все это время, задала свой первый вопрос:
– Так где же эта роща совета?
Даг взглянул на нее. От жары и быстрой ходьбы лицо Фаун раскраснелось.
– Уже недалеко, – ответил Даг. – Сразу за медицинским шатром Хохарии.
Фаун кивнула.






