– Это я заметил, – улыбнулся Даг.
Громовержец еще раз подкинул колышек на ладони, потом резким движением протянул его Фаун.
– Вот. Думаю, что теперь он твой. Смотри не потеряй.
Фаун посмотрела на мужчин, удивленно подняв брови, потом улыбнулась и стиснула колышек в своей маленькой руке.
– Уж можешь быть в этом уверен, командир.
Даг намеревался уехать с первыми лучами рассвета – отчасти ради того, чтобы проделать хотя бы часть пути по хорошей погоде – день обещал оказаться прохладным и дождливым, – но главным образом для того, чтобы избежать прощаний или споров: желающих отговорить его от принятого решения все еще было достаточно. Они с Фаун упаковали седельные сумки еще с вечера, и Даг раздал то, что не собирался брать с собой: сундучок – Сарри, пику – Рази, меч своего отца – Утау, поскольку совсем не хотел, чтобы он достался Дору. На зимнюю одежду, хранящуюся в лагере у Медвежьего Брода, он, должно быть, теперь рассчитывать не мог – как и на кредит. Шатер Блуфилд он оставил стоять на месте – пусть достанется девушкам со склада, раз уж они так рвались им завладеть.
Даг удивился, когда, вместо того чтобы прислать кого-то из своих помощниц, из тумана вынырнула Омба, ведя в поводу Копперхеда и Грейс. Женщина тепло обняла Дага.
– Прошмыгнула, чтобы попрощаться тайком от родственников? – поинтересовался Даг, в свою очередь обнимая Омбу.
– Ну, и это... а еще мне нужно повиниться перед Фаун.
Фаун, взяв у нее поводья, сказала:
– Ты никогда не делала мне ничего плохого, Омба. Я рада, что имела возможность с тобой познакомиться.
Омба откашлялась.
– Ничего плохого, конечно, только... ну, скорее это случайность. – Она покраснела как с удивлением заметил Даг: на деловитую Омбу такое было совсем не похоже. – Фаун, мне очень жаль, но я боюсь, что твоя кобыла беременна.
– Что? – воскликнула Фаун и повернулась к Грейс. Кобыла посмотрела на нее ласково и ничуть не раскаиваясь и ткнулась мягкими губами в руку, рассчитывая на угощение. – Грейс! Ах ты плохая девчонка, чем это ты занималась? – Фаун, смеясь, дернула за повод.
– Омба, – сказал Даг, прислонившись к плечу Копперхеда и невольно улыбаясь, – кому это ты позволила соблазнить кобылу моей жены?
Омба тяжело вздохнула.
– Жеребец Рига Кроу Облачко сорвался с привязи и переплыл с Орехового острова на остров Кобылы пять ночей назад. Он здорово поразвлекся, прежде чем мы его поймали. Фаун не единственная хозяйка кобылы, перед которой мне теперь предстоит извиняться, хоть с остальными я еще и не говорила. Не могу сказать, чтобы предвкушала такие разговоры с радостью.
– Хозяева рассердятся? – спросила Фаун. – Они планировали, что их кобыл покроют другие жеребцы? Этот Облачко – он что, плохой конь?
– О, Облачко – прекрасный конь, – заверил ее Дат.






