Оно скорее удерживается до будущих времен, как и мое приданое.
Брови Дага поползли вверх.
– Я не догадался посмотреть на дело под таким углом.
– Да я и не знаю, как бы нам удалось путешествовать, ведя в поводу... сколько – восемь лошадей?
Даг представил себе такую картину.
– Я больше рассчитывал обратить то, чем владею, в золотые тридены Трипойнта или серебряные масселы Серебряных Перекатов. Эти деньги признают всюду и вверх, и вниз по течению Серой реки и реки Грейс. Однако если бы все мои накопления за последние восемнадцать лет перевести в лошадей... средних лошадей, не таких, как Копперхед или Облачко... хм-м, дай-ка я подсчитаю... – Даг из интереса занялся мысленной арифметикой. – Получилось бы примерно сорок лошадей. Слишком много, чтобы вести их всех сейчас в поводу.
– Сорок лошадей! – воскликнула Фаун растерянно. – За цену сорока лошадей можно ферму купить!
– Но я не знал бы, что с ней делать, даже если бы и получил.
– Ну, я-то знала бы... Ах, не важно. Я рада, что вчера этого не знала, – добавила Фаун. – Я была бы гораздо сильнее огорчена.
– Идет против твоих представлений об экономии, да?
– Ну да! И против моих представлений кое о чем еще.
Даг подмигнул Фаун.
– Ты стоишь вдвое дороже, Искорка. Поверь мне.
– Хм-м... – Однако Фаун быстро успокоилась и ударила пятками в широкие бока Грейс, чтобы кобыла не отставала от Копперхеда.
Там, где в миле от моста дорога делилась на три, всадники остановились.
– Итак, куда теперь? – спросил Даг.
– Разве ты не решил?
– Нет. Ну, во всяком случае не на север. Лето ведь скоро кончится. – Солнце согрело воздух, и цикады в полях стали стрекотать громче, но заморозки скоро заставят их умолкнуть. – Куда бы мы ни двинулись, больших переходов делать мы не будем – нужно помнить о деликатном положении Грейс. – Даг решил, что сможет извлечь массу пользы из деликатного положения Грейс, если вспоминать о нем в подходящий момент.
Ничуть не обманутая его словами, Фаун, прищурившись, глянула на мужа и сказала:
– Совершенно с тобой согласна. – Она огляделась. – Так все-таки – по какой дороге? – —Внимание Фаун неожиданно привлек какой-то звук, и она повернулась в седле. – Что это?
Даг проследил за ее взглядом и почувствовал, как в животе свернулся холодный комок: к ним во весь опор скакали Саун и Дирла, отчаянно размахивая руками.
«Отсутствующие боги, только не новый Злой! Я не хочу снова переживать все, что связано с отъездом!»
Однако на разгоряченных лицах молодых дозорных, когда они, пыхтя, остановили коней, не было написано паники.
– Я боялась, что мы с вами разминемся, – выдохнула Дирла.
Даг поднял руку в приветствии.
– – Рад вас видеть, но я думал, что мы попрощались еще вчера вечером. – Того прощания, конечно, было недостаточно... и все же им следовало ограничиться.






