ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Игра Лора Андронова — Следующий! — протянул равнодушный голос, и бесконечная очередь продвинулась еще на шаг вперед. Ив переместилась вместе со всеми и оказалась на нижней ступеньке лестницы, ведущей в небольшую овальную комнату, посредине которой возвышался массивный стол о трех тумбовидных ногах. За столом восседал немолодой мужчина с продолговатым породистым лицом, обрамленным тугими локонами лилового парика. Немного поодаль парило плотное облако, в глубине которого загорались и гасли красные искорки. Длинные ножки-щупальца, тянувшиеся из середины призрачного тельца, делали его похожим на летучую медузу. — Следующий! — повторил мужчина, не отрывая взора от бумаг, которыми был завален стол. В его монотонном голосе послышались нетерпеливые нотки. От очереди отделился согбенный седоволосый негр и подошел к столу. — Имя? — Джон Хопкинс, — прошелестело облако. — Пол? — Мужской. — Возраст? — Восемьдесят семь местных. — Слишком стар. Следующий! Старик медленно растаял в воздухе, а его место занял бледный юноша скандинавского вида. — Имя? — Ольгерд Хансен. — Пол? — Мужской. — Возраст? — Девятнадцать местных. — Отлично! — Боюсь, что нет, — заколыхалось облако. — Врожденный порок сердца. Может не выдержать. — Да. Брак. Следующий. Следующим в очереди стояло странное толстенькое существо с пушистым заячьими ушами. Существо сопело и затравленно озиралось. — Имя? — снова завертелась бюрократическая мельница. — Ииххну Йонк-Йосс. — Пол? — Средний. Лицо человека в лиловом парике страдальчески искривилось. С видом великомученика он поднял голову и неодобрительно воззрился на длинноухого Ииххну. — Кто это? Облако весело заискрилось. — Импус степной, обыкновенный. Отличается умом и кр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Да я и не претендую. Такая честь, куда мне. А батюшкин рудничок тебе тоже не будет жалко? — осведомилась Ив.

На некоторое время установилась тишина, нарушаемая лишь шелестом ангельских крыльев и приближающимися звуками грегорианского хорала.

— Будет, — наконец, признался Эрихс, — самую малость.

Он прокашлялся.

— Слушай меня, девица. Излагаю план. Ангела — уничтожить. Как можно скорее, поскольку долго от него бегать ты все равно не сможешь — возьмет на измор. В глаза ему не смотреть, а то опять одурманит. Лучше вообше не смотреть в его сторону — так ты сможешь справиться с его аурой, — гном запнулся, словно прислушиваясь к чему-то, и вдруг заторопился, — В общем, дерзай. Это в твоих же интересах. А я пока исчезну. Христен говорит, что за нами следят.

— Кто следит?

— Кому положено — тот и следит, — Эрихс пробормотал что-то невнятное, — Жди меня и я вернусь. Все. Отбой.

Ив тяжело вздохнула и снова повернулась к ангелу, на мгновение ей показалось, что в его руках блеснули кинжалы. Меч Тысячи Теней нервно дернулся и завибрировал.

— Нет. Так дело не пойдет, — заявила она сама себе.

Натянув подол плаща, Ив отхватила от него мечом длинную узкую полоску и повязала ее на глаза. Плотная непрозрачная ткань полностью закрыла лицо, позволяя смотреть только вниз, под ноги, но и этого было вполне достаточно. Обострившимся обонянием Ив чувствовала запах приближающегося ангела. Ей не надо было видеть его, чтобы определить, где он и куда направляется — его одежда шелестела при каждом движении, крылья с шумом рассекали воздух.

— Дева! Твои грехи взывают! — теперь, когда Ив не видела его лица, голос ангела показался ей слишком тонким и приторным.

Они встретились на высоте нескольких десятков метров. Ангел подлетел совсем близко и, воспользовавшись ее минутной растерянностью, ударил ее кинжалом, сильно позрезав бедро.

«Боевой, однако,» — мысленно усмехнулась Ив, расслабляясь и выпуская на волю инстинкты высшего вампира. Волна отвратительного холодного бешенства захлестнула ее. Она стала тем, в кого ее превратила Игра — жестоким кровожадным хищником, защищающим свою жизнь. Тело как будто само метнулось вперед, выбивая ногой кинжал из левой руки ангела. Рана на бедре ничуть не мешала, скорее лишь добавляла раздражения и азарта. Ангел неловко попытался отскочить, но лишь потерял равновесие, покачнулся и тут же попытался достать Ив оставшися кинжалом. Движения противника казались ей нарочито замедленными и неуклюжими. Без труда увернувшись, она вслепую ударила мечом и рассекла ангелу правое крыло. Он пронзительно вскрикнул, выронил кинжал и стал стремительно терять высоту. Выбитые ударом серебристые перья закружились в воздухе, как большие продолговатые снежинки.