ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Один из самых известных фантастических сериалов, начало которому положили произведения знаменитого британского писателя и мыслителя Колина Уилсона, получил свое продолжение в работах отечественных авт... Демон Нэт Прикли ЧАСТЬ 1 МЕЧ МАСТЕРА Сырые коричневые стены подвала украшали только редкие факелы, воткнутые в специально выдолбленные отверстия. Впрочем, это могло быть и глубокое подземелье — никаких окон или продушин под потолком не проглядывалось, свод глухо смыкался над головой, а между камней стен никаких стыков рассмотреть не удавалось. Возможно, искусные строители так плотно подогнали кладку, что швы остались неразличимы — но столь же правдоподобно и то, что не очень мастеровитые, но трудолюбивые ремесленники вырубили помещение в едином скальном монолите. В пользу второго предположения говорила весьма грубая обработка поверхности. Хотя… В двадцатом и начале двадцать первого веков стилизация под неуклюже отесанный камень получила весьма широкое распространение. В угоду моде плазменные резаки под руководством компьютера наносили характерные признаки «неуклюжей работы» с микронной точностью. Найл сделал шаг вперед, споткнулся обо что-то мягкое, отступил и опустил глаза вниз. Он стоял в центре обширной октограммы, вдоль толстых белых линий которой бежали цепочки мелких красных иероглифов. Однако больше всего Посланника Богини удивило то, что он был совершенно обнажен. Из одежды оставались только золотой перстень на безымянном пальце правой руки — недавний подарок Ямиссы; и широкий золотой браслет с вытянутым крестом на левой руке — знак одитора. — А где всё?.. — невольно вырвалось у него. Привычный к невзгодам, неожиданным зигзагам судьбы, всегда готовый к самым неожиданным напастям он, пожалуй, обошелся бы без одежды и на снежных вершинах Серых гор, и под палящим солнцем Золотого Мира — но вот без оружия за поясом правитель сразу испытал острую неуютственность. В

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А «политика», между прочим, отличается от войны тем, что добиваясь своих целей совершает действия, которые кажутся прямо противоположными по смыслу. Если князь пожелает расчистить дорогу от смарглов, мы вызовемся оказать ему свою помощь и высадим десант с моря. Когда мой друг князь Граничный выйдет к побережью, там будет стоять дружественная ему, но наша морская база. И все товары здешних земель все равно пойдут через наши трюмы и наших купцов.

* * *

Утром следующего дня двор замка наполнили воинские подразделения князя Граничного. Ровным каре замерли всадники — Найл только подивился выучке и мастерству рыцарей, сумевших подчинить своевольных тараканов своей твердой руке, заставить их встать идеальными рядами и замереть.

Только шевелящиеся длинные усы доказывали, что это не изваяния из розового туфа, а самые настоящие, живые насекомые.

Рыцарей украшали ярко начищенные шлемы, кирасы. Вместо тяжелых пик в небо смотрели тонкие длинные древки с разноцветными флажками — желтые, зеленые, коричневые, алые.

В строгом строю выделялся лишь один провал — под синим флагом Закии вместо семи осталось всего трое всадников. Рядом стояли копейщики — непобедимая фаланга тяжелых пехотинцев с высокими прямоугольными щитами и длинными копьями. В последней войне именно они понесли самый тяжелый урон. Под рукой князя осталось всего три сотни воинов.

Напротив княжеских воинов заняли место люди Найла. Их строй отличали круглые, с многочисленными белыми ссадинами от клювов смарглов, щиты, тусклые, потертые в походе доспехи, короткие сулицы вместо длинных тяжелых пик. Зато глянцевые панцири жуков-бомбардиров отливали на солнце так, словно их неделю лакировали специально нанятые служки.

Частью на земле, а в большинстве — на стенах позади двуногих соратников рассыпались серые мохнатые смертоносцы.

Они не очень понимали, к чему нужна вся эта показуха, если Смертоносец-Повелитель уже высказал мысленно свое удовлетворение результатами похода, но и неудовольствия не высказывали. В конце концов, терпением с пауками способны сравниться разве только горные кряжи, и восьмилапые не видели особой разницы, где ждать выступления в очередной поход — во дворе замка, или снаружи.

Лицом к князю и Посланнику Богини, спиной к входным воротам, ожидали своей долгожданной награды чуть больше ста ремесленников — все, кто уцелел в битвах с железными жуками, костяной птицей и злобными дикарями из приморских лесов. Горожан никто специально не выстраивал, однако, глядя на отряды опытных воинов, бывшие землекопы и строители тоже подтянулись в ровные линии и образовали почти правильный прямоугольник.

Наконец над городом прокатились гулкие удары колокола.