ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Статьи Владимир Ступишин Владимир Ступишин Увековечение Г. Алиевым памяти “шехидов 20 января” – издевательсто над памятью действительных жертв геноцида, учиненного азеро-тюрками. Это – типичный акт морального мародерства, ибо таким образом палачи, а именно в память прежде всего об этих “героях” той жуткой бакинской недели и установлено “почетное звание”, заняли место жертв устроенных ими погромов. Другая дата – 31 марта – заимствована у мусаватистской Азербайджанской Демократической Республики, которая, как утверждается в алиевском указе, в 1919 и 1920 годах отмечала “день скорби” в память о событиях 30 марта – 2 апреля, когда Бакинской коммуне пришлось подавлять мусаватистский мятеж. Эту дату Г. Алиев объявил “Днем геноцида азербайджанцев”, но почему-то увязал с “переделом исторических земель” Азербайджана, каковой якобы начался с подписания в 1813 и 1828 гг. Гюлистанского и Туркманчайского мирных договоров. И здесь мы уже имеем дело не только с моральным, но еще и с историческим мародерством, бесславные традиции которого нынешние правители Баку унаследовали от мусаватистов и большевиков. Дело в том, что именно мусаватисты заимствовали этноним провозглашенной ими республики у настоящего Азарбайджана, который всегда находился в Иране, переделав его на турецкий манер в Азербайджан и присвоив это имя закавказским областям Арран и Ширван, чья территория оказалась у них под контролем не без помощи турок. Последние, судя по всему, и подсказали фокус с этнонимом – с дальним прицелом на иранские территории. Арран и Ширван некогда входили в состав христианской Кавказской Албании, исламизованной арабами в VIII веке и впоследствии отуреченной пришельцами из-за Каспия до такой с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Зачем же русскому-то историку его повторять?

И неправда, что Азербайджан – “союзник России”. Он – союзник Турции и НАТО, о чем открыто заявляет сам Алиев, особенно перед турецкой или американской аудиториями в Анкаре и Вашингтоне. Да и его кукиш России с нефтетрубой говорит сам за себя. Так что нечего пудрить мозга демократическому читателю “Общей газеты”, господин Волынский.

P.S. Эта реплика, переданная в “Общую газету”, не была опубликована в ней по причинам, о которых можно только догадываться.Дополнительная информация:

Источник: Армянский вестник, №3-4 1998г.

МОДА на евразийство никак не идет на убыль. Есть много желающих с его помощью заполнить “духовный вакуум”. Тут замечу, что никакого вакуума нет для тех, кто помнит о гуманистических духовных ценностях и нравственных постулатах, давно уже сформулированных всеми мировыми религиями. У общечеловеческих ценностей – вечное и абсолютное значение. Однако иначе думают те, кто ностальгирует по одной-единственной идеологии, на этот раз по “новой идеологии”, способной консолидировать наше население в некий “русский суперэтнос”, причем не иначе как “на всем постсоветском пространстве”, используя для этого новые источники некой “духовной и биологической пассионарности”. Закавыченные изречения принадлежат политологу Юрию Тавровскому (статья “Три круга новой идеологии”).

Автор с неприязнью говорит о либерально-демократических ценностях, преподнося их как нечто неприемлемое для России. Однако Юрий Тавровский явно упускает из виду, что эти ценности – неотъемлемая часть общечеловеческих, в том числе христианских ценностей. От них на самом деле отцы евразийства отказываться вовсе не собирались и прежде всего именно в этом расходились с большевиками, которым кое в чем другом даже симпатизировали. (Сошлюсь на рассуждения о частной собственности известного евразийского философа права Николая Алексеева.)

Кстати, либерально-демократические ценности весьма широко практикуются не только в протестантских странах, как можно подумать, уверовав вслед за Юрием Тавровским в то, что все дело в “протестантской трудовой этике”, почему-то неприемлемой для нас наряду с “приоритетом прав отдельной личности”. Трудовая этика либерально-демократического характера и такая ценность того же ненавистного Юрию Тавровскому типа, как права человека, очень даже присущи не только протестантским государствам, но и всем католическим и многим православным странам Европы, синтоистской Японии, большинству буддийских стран Юго-Восточной Азии, многим мусульманским государствам Азии и Африки. Почему эти ценности не нужны нам, г-н Тавровский вразумительно объяснить не может.