ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Статьи Владимир Ступишин Владимир Ступишин Увековечение Г. Алиевым памяти “шехидов 20 января” – издевательсто над памятью действительных жертв геноцида, учиненного азеро-тюрками. Это – типичный акт морального мародерства, ибо таким образом палачи, а именно в память прежде всего об этих “героях” той жуткой бакинской недели и установлено “почетное звание”, заняли место жертв устроенных ими погромов. Другая дата – 31 марта – заимствована у мусаватистской Азербайджанской Демократической Республики, которая, как утверждается в алиевском указе, в 1919 и 1920 годах отмечала “день скорби” в память о событиях 30 марта – 2 апреля, когда Бакинской коммуне пришлось подавлять мусаватистский мятеж. Эту дату Г. Алиев объявил “Днем геноцида азербайджанцев”, но почему-то увязал с “переделом исторических земель” Азербайджана, каковой якобы начался с подписания в 1813 и 1828 гг. Гюлистанского и Туркманчайского мирных договоров. И здесь мы уже имеем дело не только с моральным, но еще и с историческим мародерством, бесславные традиции которого нынешние правители Баку унаследовали от мусаватистов и большевиков. Дело в том, что именно мусаватисты заимствовали этноним провозглашенной ими республики у настоящего Азарбайджана, который всегда находился в Иране, переделав его на турецкий манер в Азербайджан и присвоив это имя закавказским областям Арран и Ширван, чья территория оказалась у них под контролем не без помощи турок. Последние, судя по всему, и подсказали фокус с этнонимом – с дальним прицелом на иранские территории. Арран и Ширван некогда входили в состав христианской Кавказской Албании, исламизованной арабами в VIII веке и впоследствии отуреченной пришельцами из-за Каспия до такой с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Есть и хорошая основа для переговоров, о которой напомнил Иван Петрович Рыбкин, – договор от 12 мая 1997 года "О принципах взаимоотношений и мира между Российской Федерацией и Чеченской республикой"

Мне кажется, что пора садиться за стол переговоров ради справедливого разрешения чеченской проблемы. И это зачтется нам в истории. И тогда простятся нам прегрешения наши, о которых мы знаете лучше, чем кто-либо.

И вот еще что. Чем скорее и благороднее мы расстанемся с Чечней, тем скорее и прочнее сложатся условия, при которых и та же Ичкерия, и многие другие бывшие части большой России захотят теснее связать с ней свою судьбу. Но – только тогда. И только добровольно. И только с правом ограниченного вето, при котором решение большинства не ущемляет прав меньшинства. И с непременным правом выхода из состава того объединения, в которое захотят сами войти как нынешние зависящие от федерального центра автономии, так и независимые государства. Ослепленные синдромом Чечни, отвлекающим от защиты истинных национальных интересов, фетишизирующим принцип территориальной целостности абсолютно не в том контексте, одновременно в упор не видим возможности восстановления разрушенной советскими картографами территориальной целостности России путем восстановления ее покровительства над Абхазией, Южной Осетией Приднестровьем, Карабахом и т.д.

п

This file was created

with BookDesigner program

02.10.2008