Если действительно “речи быть не может”, значит, с международным правом уже покончено?
Сенсационность происходящего состоит в том, что, судя по многим намекам, “тайм-аут” взят не Алиевым и Кочаряном и даже не сопредседателями Минской группы ОБСЕ – пауза возникла в результате прямой договоренности между президентами России и США. Это может означать полную перемену всех обстоятельств, сопутствовавших доселе карабахскому урегулированию.
Непосредственное вмешательство Владимира Путина и Джорджа Буша в миротворческий процесс свидетельствует, что Москва и Вашингтон, мягко говоря, недовольны результатами работы Минской группы ОБСЕ, вернее, полным отсутствием каких-либо результатов и, кроме того, не связывают также серьезных надежд и с прямыми переговорами руководителей противоборствующих сторон. По-видимому, российский и американский лидеры пришли к общему мнению о том, что миротворческий процесс давно уже перешел в стадию симуляции, когда встречи носят сугубо формальный характер и по определению уже не могут привести к сколько-нибудь ощутимым подвижкам.
Само по себе это может означать фактический отказ от формата Минской группы и перевода переговоров непосредственно под патронаж двух держав. Москве и Вашингтону это может быть выгодно, поскольку позволит свести на нет как возможные претензии некоторых членов этого форума (например, Германии или Турции) расширить свое влияние на формирование обстановки в регионе, так и отсечь от процесса достижения компромисса влиятельные региональные силы. Так, консультации с Тегераном показали, что с учетом подходов и интересов Ирана достичь результата будет очень непросто. Между тем, насколько можно понять, Россия и США в достижении результата заинтересованы в силу очень многих причин, в том числе и не имеющих прямого отношения к данному конфликту.
Можно предположить, что новая американская администрация склонна как бы признать за Москвой приоритетное право на геополитическое влияние в бывшем советском Закавказье. Ибо сам по себе американский интерес состоит в реализации многообещающих транснациональных транспортно-энергетических и инвестиционных проектов (ТРАСЕКА, ИНОГЕЙТ), и именно нерешенность карабахского конфликта тормозит их осуществление. Геополитические приоритеты традиционного характера в данном случае скорее всего давно уже не рассматриваются Вашингтоном в качестве первоочередных приоритетов: совершенно ясно, что установление мира и активизация хозяйственной жизни, восстановление и развитие транспортно-трубопроводной сети региона сами по себе стимулируют приток сюда ощутимых западных инвестиций и соответственно усиление американского влияния.






