ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Паутина Анастасия Валеева ГЛАВА 1 – Сколько лет, сколько зим!.. – улыбаясь, вполголоса протянула Милославская. – Что-то не очень убедительно, – поглаживая ус и перешагивая порог, ответил Руденко. – Не рада что ли? – Нет, почему же… – Погоди, погоди, – Семен Семеныч слегка наклонил голову и, прищурившись, пристально посмотрел на Яну, – Выглядишь ты, надо сказать, неважно. Не заболела? – Да нет, недомогание просто, – Милославская отвела взгляд. – Опять гадала? – насмешливо спросил Руденко и повесил фуражку на крючок, прибитый к стене в прихожей Яниного дома. Милославская ничего не ответила и поспешила перевести разговор на другую тему. – Кофе хочешь? – позевывая, произнесла она и протянула Семену Семенычу расческу: на его макушке забавно торчал слипшийся от пота хохолок. Руденко пятерней «навел порядок» на голове и, не дожидаясь приглашения, прошел на кухню. Переступив ее порог, он сразу же стал шевелить ноздрями. – Чем это так у тебя? – спросил он и нахально заглянул в микроволновку. – О-о-о… Опять полуфабрикаты? Когда-нибудь они доведут тебя до ручки! Ну что, угощай. – А до ручки дойти не боишься? – улыбнувшись, произнесла. Яна и, всунув руку в толстую вышитую рукавицу, вытащила из печи маленький круглый противень, на котором дымилась пицца. – Хотела кофе отделаться, но от тебя разве можно утаить что-то съестное, – шутливо проговорила она. – А я и от кофе не откажусь… – брызгая у раковины иссиня-черной пеной, облаком окутавшей широкие, с короткими пальцами кисти рук, ответил Семен Семеныч. – Вот так и зарабатываем мы трудовые мозоли, – вздохнув, протянула Милославская, легонько похлопав Руденко по изрядно выпирающему животу, на котором едва сходилась рубашка. Хозяйка

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Виктор, похоже, толком ничего не понял, но спорить он, как ни странно, не стал. Наклонившись к Тихоновой, он что-то негромко проговорил ей на ухо. Она стала подниматься.

– Не знаю, как сложатся обстоятельства, – сказала ему Яна. – Я или тут отыщу вас, или в гостинице. Ну, и вы мой номер тоже знаете. Не будем ничего загадывать. До встречи.

– Да-да, – согласился Синявский, – время не терпит. Поезжайте.

Гадалка кивнула в ответ и зашагала по тротуару в сторону места, где можно было поймать машину. Но сделав несколько шагов она остановилась, обернулась и с беспокойством стала наблюдать за удаляющимися в строну перехода клиентом и бездомной старухой.

Только когда они скрылись из виду, она, почему-то тяжело вздохнув, подошла к обочине дороги и, махнув рукой, остановила машину.

ГЛАВА 16

– Ну, что у тебя на этот раз? – нахмурившись, но явно с удовольствием ожидая вестей от подруги, спросил Три.

Семерки и стал прикуривать сигарету.

Милославская рассказала ему все новости, не упуская подробностей. Семен Семеныч не мог слушать ее спокойно, расхаживал из стороны в сторону и то и дело восклицал:

– Да ты что?!.. Вот это да!.. Ничего себе!.. Вот это фокус!..

Он даже присвистнул пару раз. А в заключении важно произнес:

– М-да… Дело, кажется, близится к финалу. Молодец ты, а.

Яна Борисовна?!

Руденко подмигнул к подруге.

– Вот что, Семен Семеныч, – ответила ему гадалка, тоже закуривая – нет у нас времени на комплименты и любезности. Давай, запрягай свою родимую и трогай по знакомому уже адресу.

– Да-да, конечно, ты права, – торопливо забормотал Три Семерки, а потом вдруг, хлопнув себя по лбу, воскликнул: – Эх, е! Запрягай… Нельзя мне за руль-то, Яна Борисовна!

– Что, – с укором парировала гадалка, – опять коньячком пробавлялся? Эх, ты, работничек!

– Ну, ладно тебе, – вытянув губы прогудел Руденко, – сейчас что-нибудь придумаем.

Семен Семеныч скрылся за дверью.

– Что ты будешь делать! – сердито воскликнула гадалка, оставшись наедине сама с собой. – Вечно он! Тьфу ты, е мое!

И куда только начальство смотрит?!

Потом внутренний голос упрекнул Яну за сварливость, и она, стараясь успокоиться, замолчала. «Ну и что же, что Семен Семеныч не равнодушен к портвейну „Три Семерки“, – говорила она самой себе, – человек-то он хороший! Да мы с ним вместе горы свернем!»

В этот момент в дверях показался Руденко и радостно закричал:

– Яна! Щ-щас горы свернем!

Милославская, удивленная таким совпадением, улыбнулась.

– Нам такого водилу выделили! – подмаргивая, тише заговорил он, – А машина вообще шефа! – заключил Семен Семеныч, прикрывая рот ладонью, словно опасаясь, что его услышат.

– Да идем же скорее, – двинулась Милославская к выходу.

– Только вот беда, – остановил ее Три Семерки, – если вернемся с пустыми руками – не сносить мне головы.