ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Паутина Анастасия Валеева ГЛАВА 1 – Сколько лет, сколько зим!.. – улыбаясь, вполголоса протянула Милославская. – Что-то не очень убедительно, – поглаживая ус и перешагивая порог, ответил Руденко. – Не рада что ли? – Нет, почему же… – Погоди, погоди, – Семен Семеныч слегка наклонил голову и, прищурившись, пристально посмотрел на Яну, – Выглядишь ты, надо сказать, неважно. Не заболела? – Да нет, недомогание просто, – Милославская отвела взгляд. – Опять гадала? – насмешливо спросил Руденко и повесил фуражку на крючок, прибитый к стене в прихожей Яниного дома. Милославская ничего не ответила и поспешила перевести разговор на другую тему. – Кофе хочешь? – позевывая, произнесла она и протянула Семену Семенычу расческу: на его макушке забавно торчал слипшийся от пота хохолок. Руденко пятерней «навел порядок» на голове и, не дожидаясь приглашения, прошел на кухню. Переступив ее порог, он сразу же стал шевелить ноздрями. – Чем это так у тебя? – спросил он и нахально заглянул в микроволновку. – О-о-о… Опять полуфабрикаты? Когда-нибудь они доведут тебя до ручки! Ну что, угощай. – А до ручки дойти не боишься? – улыбнувшись, произнесла. Яна и, всунув руку в толстую вышитую рукавицу, вытащила из печи маленький круглый противень, на котором дымилась пицца. – Хотела кофе отделаться, но от тебя разве можно утаить что-то съестное, – шутливо проговорила она. – А я и от кофе не откажусь… – брызгая у раковины иссиня-черной пеной, облаком окутавшей широкие, с короткими пальцами кисти рук, ответил Семен Семеныч. – Вот так и зарабатываем мы трудовые мозоли, – вздохнув, протянула Милославская, легонько похлопав Руденко по изрядно выпирающему животу, на котором едва сходилась рубашка. Хозяйка

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Милославская решила воспользоваться минутой вновь установившегося контакта и, достав из сумочки небрежно свернутый фоторобот, разгладила его и поднесла прямо к лицу Тихоновой. Та часто заморгала, приглядываясь к портрету.

– Она? Знаете ее? – сердито произнесла гадалка.

Мария Егоровна молчала, начала покашливать, потом зачем-то озираться по сторонам. Синявский быстро смекнул, в чем дело, наклонился к старухе, грубо встряхнул ее, ухватив за шиворот, и сквозь зубы, негромко, но очень решительно, заговорил:

– А ну, говори, тварь такая, знаешь эту с-суку или нет?

Тихонова в испуге затрясла головой, завизжала, так что люди вокруг снова дружно посмотрели в их сторону.

– Пусти! Пусти! – верещала она своим осипшим голосом.

Синявский, видимо, сжимал ее ворот еще сильнее. Милославской почему-то не хотелось его останавливать.

– Пусти-и! – еще пронзительней завизжала она, – Она это, она! Танька!

– Та-анька? – ядовито переспросил Виктор, не ослабляя своей хватки, – Танька, говоришь?!

– Ай! Ай! Может, и не Танька! Черт ее знает, кто она! Так она велела называть себя!

Синявский отнял свою руку и еще более злобно посмотрел на старуху. У Милославской все внутри сжалось. Неужели Елена, показавшаяся ей такой симпатичной, так ловко провела ее? Неужели это очаровательное, милое, казалось, доброе и открытое создание всего лишь кровожадный хищник, хитрый, ловкий и расчетливый? Виновата ли Щербатова или этот узел еще более более сложен?

Яна вдруг поняла, что время теперь становится особенно ценным. Если Щербатова виновна, то теперь, возможно, поняв, что пахнет жареным, она предпринимает какие-то активные меры, и медлить – значит, помогать ей в этом. Нет, во что бы то ни стало следовало отыскать ее.

Оставлять так вот Тихонову Милославской тоже казалось невозможным. Еще неизвестно, на самом ли деле в этой истории она сыграла именно такую роль. Даже если и такую, то преступники легко могли устранить ее как свидетельницу, поэтому бродягу необходимо было держать в поле зрения: как свидетель она была нужна и им с Виктором.

Яна поманила пальцем Синявского немного в сторону. Тот взглядом приказал Марии Егоровне оставаться на месте. Она похоже и не собралась его ослушаться: сидела на земле и с досадой потирала ушибленное место.

– Ее нужно отправить на прежнее место, – шепотом сказала гадалка.

Синявский удивленно глядел на Милославскую.

– Вам хотя бы в ближайшее время надо оставаться поблизости: мало ли что, – продолжала она. – Я отправлюсь к той девице и постараюсь вывести ее на чистую воду.

– Вы? Одна? – с неподдельным изумлением произнес во весь голос Синявский.

– Одна? – повторила Яна. – Нет, пожалуй, лучше привлечь Руденко. Да, так будет надежней, – ответила она, скорее, самой себе.