Так шеф сказал, – Руденко умоляюще посмотрел в глаза гадалке.
– Если бы твой шеф всегда выполнял свои обещания, от тебя давно бы уже остались рожки да ножки, идем! – серьезно отрезала гадалка и потянула приятеля за рукав.
– Подожди, – Руденко преградил ей путь, – скажи честно, как там эти, твои силы неземные, подсказывают, можно на удачу надеяться или нет?
– Можно! – гаркнула Милославская и первой зашагала по коридору.
На улице их ждала иномарка, в которую Семен Семеныч уселся с особой важностью. Он, чувствуя себя в роли руководителя, назвал шоферу адрес. Автомобиль неслышно зашуршал колесами по тротуару. Всю дорогу Три Семерки, будучи в приподнятом настроении, давал советы водителю относительно вождения машины. Тот молча все выслушивал, и Яне оставалось только удивляться его терпению. Самой ей в эти минуты хотелось как следует выругаться на приятеля и сказать, что думать сейчас надо совсем не об этом. Но Яна промолчала, не желая вступить в разговор с Щербатовой во взвинченном состоянии. Семен Семеныч под конец тоже замолк. Когда он выходил из иномарки, вид его многим мог внушить уважение.
Попросив водителя ждать столько, сколько понадобится, Яна и Три Семерки отправились, наконец, по названному адресу. Они молча вошли в подъезд, а когда остановились перед дверью Елены, Руденко сделал подруге знак, говорящий о том, что он все берет на себя. Милославская не стала спорить, хотя знала, что еще ни один этап дела, ведомого ею совместно с.
Три Семерки, не обходился без ее участия.
Руденко кивком велел Яне встать подальше, по правую сторону от двери, сам примостился по левую так, чтобы его не было видно в глазок, и нажал на кнопку звонка. Приятели ждали, затаив дыхание. Однако квартира безмолвствовала. Семен Семеныч приложил ухо к двери и еще раз нажал на звонок – тишина, ни шороха, ни звука в ответ не послышалось. Мухи назойливо жужжа, стукались о подъездное стекло – это, пожалуй, были единственные голоса этого дома. Казалось, приятели попали в какое-то сказочное сонное царство. Руденко еще два раза подряд нажал на звонок, но никто не отвечал. Когда он опустил руку, тоже самое сделала Милославская, но и ее попытка не увенчалась успехом.
– Может, она увидела нас в окно и не открывает? – шепнул Руденко, глядя на гадалку.
– Исключено, – тоже шепотом ответила она, – мы подъехали с той стороны, откуда вряд ли машину можно было видеть. К тому же водитель остановил прямо под деревом. Мы же с тобой сейчас прошли слишком близко к окнам.
Три Семерки, молча кивая, согласился.
Еще некоторое время приятели простояли так у двери, прислушиваясь к каждому звуку. Вскоре за соседней дверью послышались голоса и звон ключей. Руденко махнул головой, призывая подругу удалиться.






