ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В мире Файеран существует немало видов магии – от запретной, некромантской, до элитной, боевой.Но особое место здесь занимает магия эмпатическая – та, которой обучают лишь воспитанников таинственно... Пролог, написанный Деометрией Жижикой, фельдъегерем на службе лорда Александера Питта, Порт-Хлост, графство Питица Когда Жюльен Петит был уже легендарным бардом и бродячие кукольники давали представления, в которых он являлся одним из главных героев, а мамаши рассказывали малышам сказки на ночь, в которых Жюльен верхом на драконе освобождал прекрасную принцессу, я встретил старика-барда на ярмарке в Порт-Хлост. Двое мальчишек бежали к полосатому полотняному балагану, и один другому кричал на бегу: – Жюльен приехал! Жюльен приехал! Он поет в балагане Одрика! Я еще усмехнулся тогда – за Жюльена выдавал себя каждый второй бродячий бард на Северном тракте, хотя я сам вообще сильно сомневался в его существовании. Но поскольку письмо нотариусу, с которым лорд Александер послал меня в Хлост, я уже передал и заняться мне было нечем, из любопытства да еще из какого-то озорства я пошел за мальчишками. Хотелось взглянуть на того, кто с таким бесстыдством выдает себя за героя сказок, никогда не существовавшего на самом деле, как я думал. Однако, уже подходя к балагану, я почувствовал будто бы укол в самое сердце – небольшой балаганчик Одрика был забит до отказа и не вмещал всех желающих послушать барда. Любители бардовской песни теснились на улице у входа и заглядывали за занавеску, пытаясь что-то там разглядеть. Из балагана доносились чистый, хотя и не выдающийся, голос и звуки мандолины. В сказках и балладах о приключениях Жюльена мне, как и вам, наверное, приходилось слышать о неких волшебных вещах, которые делали его великим бардом, – мандолина эльфов, волшебный напиток парсикамских магов, пузырек с драконьей кровью и так далее. Забегая вперед, скажу, что отчасти все это правда

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Самка дракона стремительно, но плавно повернула свою голову ко мне, и я почувствовал ее взгляд, хотя и не видел во мраке ее глаз – пристальный, проникающий, прощупывающий меня взор.

– Юноша-бард! – услышал я голос Лореанны. – Это ты привел их сюда! Я рада, что ты еще жив. Но твой разум затуманен. Что с тобой случилось?

Мелодия из разума Лореанны растеклась во мне, и я почувствовал, что растворяюсь в ней. Я закрыл глаза и полетел. Я увидел цветущие долины, возделанные поля и крестьянские дворы с высоты драконьего полета. Я видел, как переливается отражение дневного светила в струящейся реке, как по реке скользит лодка с маленьким парусом и какой-то крохотный человечек в ней приветственно машет мне рукой. Я почувствовал, как в лицо мне ударил свежий ветер, напоенный запахами моря и трав, выдувая из моего разума липкую черноту, делая его ясным и чистым. Я открыл глаза.

Лореанна дышала на меня так же, как перед этим на Риголана. Теперь ее голова была совсем близко, и я даже во мраке смог рассмотреть ее глаза – черные, умные, пристальные. И тут услышал голос Фархи:

– О, как ты прекрасна, самка дракона! Как ты грациозна и изящна! Как плавны и завораживающи твои движения! Как восхитительна музыка твоего сердца! Ты – самое совершенное создание из всех существующих во вселенной!

– Ты слышишь тот бред, который несет этот птенец дракона, юный бард? – своим глубоким играющим голосом спросила меня Лореанна. Я лишь кивнул в ответ. Самка дракона продолжила: – Тогда скажи ему, что я не желаю слышать бормотание зеленого сопляка! Скажи ему, что я родила своего первого детеныша, еще когда его родители беспомощными птенцами ползали по родному гнезду!

– О, как ты прекрасна, совершенная Лореанна! – воскликнул Фархи, похоже, не обращая никакого внимания на тираду драконихи. – Твой гнев, твой сердечный порыв, твое возмущение мною – все в тебе великолепно и манит меня как звездный свет во мраке ночи!

– Я прошу прощения, что вмешиваюсь в вашу интимную беседу, – с некоторым страхом подумал я, – однако мы здесь для того, чтобы сразиться с некромантом, в распоряжении которого пять отравленных драконов…

– А, ну его, этого некроманта! – беспечно отозвался Фархи. – Еще успеем свернуть ему шею! Я чувствую твой мускусный аромат, восхитительная Лореанна! – пропел дракон.

– Если бы я знала, что встречу здесь этого юного, невоздержанного и бестолкового дракона, я бы десять раз подумала – стоит ли отправляться в путь! – фыркнула Лореанна. – Но я должна была отправиться, и я пришла не одна, бард. Со мной пришли темные эльфы, которые не стали дожидаться решения совета кланов, – юные и отчаянные, те, что готовы создать новый клан. Я повела их за собой.

– О! – воскликнул я.