Она согласилась на эту сделку, но она не грела мою постель, О'Нил.
— Перестаньте, — прошептала Катарина, когда Лэм двинулся на медленно отступавшего Лечестера.
— Вы ее тронули? — проговорил Лэм. Внезапно он сделал выпад, рапира со свистом несколько раз рассекла воздух, и на ее кончике повисла полоска материи от дублета Лечестера.
— Нет, — сказал он, побледнев. Катарина бросилась между ними.
— Лэм, умоляю! — Она бесстрашно повернулась к Лэму, так что кончик рапиры на мгновение коснулся ее груди. Он быстро отвел его, даже не успев порезать платье.
Катарина наступала на него, умоляя:
— Лэм, прекратите это сумасшествие! Ничего не случилось! Пожалуйста, Лэм! Вам нельзя схватываться с Дадли! О Господи! Подумайте обо мне, подумайте о ребенке! На этот раз королева точно вас повесит!
Лэм уставился на нее дикими глазами. В них горел огонь, какого она до этого не видела.
Катарина не отводила взгляда и наконец увидела, как жажда крови в его глазах померкла.
— Лэм, — задыхаясь, выговорила она.
Он бросил рапиру в ножны и протянул к ней руки. Катарина бросилась в его объятия и уткнулась головой ему в грудь. Он крепко прижал ее к себе, потом повернулся так, что они оба смотрели на уставившегося на них Лечестера.
— Завтра я уеду. Но берегитесь, О'Нил. Я не люблю поступаться тем, что по праву принадлежит мне.
Лэма била дрожь, но Катарина крепко схватила его за руку, и он не двинулся с места. Лечестер повернулся, чтобы уйти. Джеральд бросился к нему. Он казался гораздо трезвее, чем был до этого. Он обхватил графа одной рукой и повел к столу, что-то быстро говоря, пытаясь его успокоить.
— Мы нажили себе врага, — приглушенно сказала Катарина. Теперь, когда все было кончено, ее саму начало трясти.
Лэм прижал ее к себе.
— Лечестер не дурак. Сейчас он может считать себя нашим врагом, но все равно он останется нашим вынужденным союзником здесь, в Ирландии, потому что он ненавидит Ормонда гораздо сильнее, чем нас. Они оба соперничают за благосклонность королевы.
Он погладил ее по спине, по волосам, и наконец обхватил ладонями ее лицо, заглядывая ей в глаза.
— Вы вернетесь ко мне, Кэти? Чтобы быть со мной рядом, вести мой дом, рожать моих детей, жить со мной и любить меня?
Лэм в мгновение ока выхватил оружие, и рапира с тонким свистом прорезала воздух.
— Может, я избавлю вас кое от чего, чем вы так гордитесь. Тогда вы больше не сможете терроризировать женщин.
На виске Лечестера блестела струйка пота.
— Вы не в своем уме. Катарина обратилась ко мне. Она согласилась на эту сделку, но она не грела мою постель, О'Нил.
— Перестаньте, — прошептала Катарина, когда Лэм двинулся на медленно отступавшего Лечестера.
— Вы ее тронули? — проговорил Лэм.






