ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Сиротская доля Болеслав Прус I. Ясь едет к родным Друг мой! Ты упрекаешь меня, будто я питаю слабость к описаниям горестей честных людей и радостей бездельников; ты говоришь при этом, что я вижу мир в одних только мрачных красках. А поступаю я так только ради оригинальности. По сути дела, я сам не верю в то, что пишу. Мир, как известно, океан счастья. Всякий, кто плывет по нему, очень доволен — и он прав. Если же иной и захлебнется, а иной пойдет ко дну — это ровно ничего не доказывает. Согласившись с этим принципом, я решил стать оптимистом. Дело очень легкое: для этого надо только смотреть на вещи с разных точек зрения. Вот хотя бы сейчас: разве мы не счастливы? На дворе, правда, холодно, но только на нашем полушарии. Где-нибудь в другом месте климат умеренный в даже настолько жаркий, что люди могут печь хлеб на открытом воздухе, — те, понятно, у кого есть мука. Впрочем, и холод не всем портит настроение. Рад владелец угольного склада — у него хорошо пойдут дела; рад паук — он поймал последнюю в этом году муху, а муха жужжит так, словно и она вполне довольна. Смерть, к примеру, считается у людей самым страшным событием. Но это предрассудок, в чем наилучшим образом убедился пан Винцентий. Был он мелким служащим, получал несколько сот рублей жалованья и смерти боялся как огня. Однако, когда роковой момент наступил, незаметно было, чтобы он очень волновался. Махнул рукой, словно желая сказать: «Глупый мир!..» — и умер. И сделал это, право, не хуже, чем самый замечательный актер. Ба!.. Даже лучше, потому что не поднялся, хотя его и вызывали. Говоря по совести, к пану Винцентию взывала не публика, а его собственная жена да еще сын, Ясь. Впрочем, его можно и не считать, в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ясь взял в руку мертвого птенца — он был какой-то сморщенный и холодный — и прошептал:

— Чем же ты провинился, бедняжка!..

На глаза его навернулись слезы.

— Не говори так, Ясь! — попросила огорченная девочка и потом поспешно добавила: — Зато мы можем устроить ему похороны…

— Что ему с того?

— Я уложу его в колыбельку, в ту, которую ты мне подарил для куклы… ты сделаешь ему крестик…

— Перестань! — прервал ее Ясь. — Подумай лучше о том, что нам будет за это.

— Да ведь никто не знает…

— Не беспокойся! Господь бог хорошо знает, он еще накажет меня за то, что я показал тебе гнездо…

Дети вернулись домой очень сосредоточенные и серьезные. Ясю все казалось, что следом за ним кто-то идет, а Антосе — будто лица у всех угрюмые и сердитые. Бедняжка не выдержала, доверила свою печаль Мане. Мане тайна также стала в тягость, и она шепнула о ней Юзю, который с громким смехом рассказал об этом всем. Тотчас подтвердились дурные предчувствия Яся, ибо пан Анзельм, услышав, о чем идет речь, страшно рассердился, затопал ногами, велел принести топор, пригрозив отсечь детям головы, и в конце концов — поставил их в угол.

IV. Ясь с матерью едут на свои хлеба

После дождя наступает ясная погода, после ночи — день, после огорчений — радость, после труда — отдых, после богатства — бедность. Все это, видно, зависит от круговращения земли, как говорил мой дядя, человек большого сердца и философического ума.

Так что, друг мой, если у тебя неприятности, радуйся: ибо это верный признак, что вскоре все будет хорошо. Печалься скорей тогда, когда ты совершенно счастлив, потому что на свете нет ничего прочного! Это, в свою очередь, мнение моей бабки, благочестивой женщины, которая многое в жизни испытала, — ба! — видела самого Наполеона…

Я не собираюсь нарушать ваш покой, о вы, мирно спящие в далеких могилах! Хочу лишь заявить во всеуслышание: я не из тех, кто, как трусливый слуга, зарывает в землю вдовьи гроши, оставленные ей вами на пропитание.

Пани Винцентова слишком долго была счастлива, — почти целых три года. И вот счастье отвернулось от нее.

Экономическая система пана Анзельма, опиравшаяся на чтение передовых статей, принесла плачевные результаты. Долги росли, доходы уменьшались, и в конце концов благородный весельчак, желая рассчитаться с кредиторами и оставить детям честное имя, продал свое поместье и взял в аренду несколько десятков гектаров.

Печальные были это дни, когда из старой усадьбы, построенной еще дедом пана Анзельма, стали выносить и увозить вещи к месту нового жительства. Не проходило и часу без какого-либо события. Вот опустела гостиная, вот пан Анзельм уплатил своей гувернантке последнее жалованье, вот упросил ее взять горшочек масла, небольшой запас муки, крупы.