ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Мне снились страшные сны. Просто мимолетные образы жертвы, оставленной умирать с голоду. Ее... ее заперли в помещении, напоминающем склеп, она кричала и плакала. И я его чувствовала. Его присутств... Расплата Лиза Джексон Пролог Он увидел ее. Наклонив голову и вцепившись пальцами в капюшон пальто, она спешила сквозь темноту к маленькой церкви. Ожидающий ее Избранник, затаившийся возле магнолии, присел на корточки. Кровь начала бурлить в жилах, мускулы напряглись, а нервы натянулись как струна. Поймать ее не составит никакого труда. Сделав три быстрых шага, он настигнет ее и потащит в сторону. А ее отец тем временем будет ждать внутри. Эта мысль была настоящим искушением. Но ее время еще не пришло, – напомнил он себе. Имелись и другие. Она остановилась под навесом возле входа, сняла капюшон и встряхнула волосы. При искусственном освещении длинные волнистые пряди казались рыжевато-каштановыми и притягивали взор. Избранник сглотнул и ощутил напряжение между ног. Он хотел ее. До боли мучительно. Один взгляд на нее будоражил его чувства. Он слышал биение своего сердца, чувствовал, как в венах пульсирует кровь, ощущал тяжелый запах темной реки Миссисипи, медленно протекающей по извилистому руслу через город, где машины с воем проносились по скользким улицам и на каждом углу стояли проститутки. Когда она исчезла в дверях, он, скрытый густой листвой, осторожно приблизился к испорченному витражу. Крошечная его секция была заменена маленьким прозрачным стеклышком, что давало возможность хорошо разглядеть неф. Пригнувшись, Избранник принялся наблюдать, как она идет по проходу, преклоняет колена, затем приближается к своему отцу, сидящему на скамейке. Этому ублюдку-полицейскому. Они обменялись несколькими словами, и девушка села рядом с ним. Спустя несколько мгновений она принялась ерзать на скамейке. Казалось, ей скучно. Словно она предпочла бы находиться где угодно, только не

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они столько времени проводили вместе, пока росли. Разговаривали о бейсболе, охоте и девушках. У него комок подступил к горлу.

– Тебе не нужно просить прощения, Джеймс, и с тобой все будет в порядке.

– Но Дженнифер...

– Старая история. И у меня... у нас есть Кристи. – Если бы не предательство Джеймса, у Бенца не было бы дочери.

– Пожалуйста... пожалуйста, не умирай, дядя Джеймс, – попросила Кристи, и на губах Джеймса появилась крошечная, дрожащая улыбка. – Папа!

– Бог зовет меня.

– Еще нет! Борись, Джеймс! – приказал Рик, держа в руках голову брата и чувствуя на своих ладонях его шелковистые волосы. – Борись, черт возьми! Ты нам нужен. Ты нужен мне. И нужен Кристи. Не сдавайся, слышишь меня!

Кристи всхлипывала, а глаза Джеймса медленно закрылись.

– Я... не могу! – прохрипел он.

– Не сдавайся! Джеймс! Джеймс! Проклятье, не сдавайся! – Бенц повернул голову. – Вызовите сюда врачей! Немедленно! – крикнул Бенц с глазами, полными слез. В это самое время одна из собак щелкала зубами и лаяла на полицейского, загоняющего ее в клетку.

Он не мог потерять Джеймса. Только не так. Не от рук серийного убийцы, с которым должен был разобраться Бенц. Ведь нужно было столько сказать, сделать, наладить отношения...

Шесть сотрудников «Скорой помощи», неся оборудование, вбежали в комнату. Выкрикивая распоряжения, они принялись осматривать раненых.

– Какой ужас, – прошептал тот, что приблизился к Джеймсу.

– Сюда, тут травмы, если не хуже! – другой врач был уже рядом с женщиной, прикованной к стене.

– Сара! – крикнула Оливия, но ее подруга не ответила.

– Я о ней позабочусь! – Молодой полицейский принялся отпирать оковы Сары и вытащил у нее ленту изо рта.

– Этот мертв. – Третий врач наклонился над Уорреном Саттером, глядя на дырки от пуль в его стихаре. Белая ткань, пропитавшись кровью, стала теперь темно-красной. Бенц бросил взгляд на врача, который, велев ему отойти в сторону, занялся Джеймсом.

– Отойдите. Господи, мне нужна помощь... мы теряем этого парня!

– Нет, – крикнула Оливия, которая сидела, завернувшись в одеяло. Ей удалось вскочить на ноги, она неровным шагом пересекла комнату. – Нет... Джеймс! – прошептала она и упала на пол. – Пожалуйста... пожалуйста... – У нее полились слезы, когда она прикоснулась к вялой руке священника.

У Бенца внутри все сжалось, когда глаза Джеймса приоткрылись.

– Хорошо относись к Рику. Он хороший человек... ты заслуживаешь, чтобы... чтобы тебя любили... всей душой. – Сейчас Оливия не пыталась скрыть рыдания. – И Бенц... ему... ему нужна... сильная женщина... ты. – Голос Джеймса надломился, затем затих. Кристи испустила горестный крик, эхо от которого разнеслось по промозглой мрачной комнате.

Из глаз Бенца тоже текли слезы. Было слишком поздно.

– О, папа, он не может...