ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ливви, красивая, состоятельная, талантливая, удачливая девушка, в один миг теряет все – мужа, положение в свете, свободу. Но судьба, отняв у нее самое дорогое, дарит ей настоящую любовь. Обманутая Мария Баррет Оксфорд, июль 1984 года – Ливви! Эй, Ливви! Сюда! – кричала Люси Дикон. Ее пронзительный вопль легко перекрывал плывущий над площадью гомон. Она так усердно махала рукой, что шапочка слетела с ее головы. Ее мать наклонилась и подняла шапочку. – Люси, пожалуйста! – с укором сказала она. – Веди себя хоть чуточку приличней – это же твой выпуск! Но ее слова повисли в воздухе: появилась Оливия Дэвис. Пяти футов с восемью дюймами роста, с длинными и загорелыми ногами, слегка прикрытыми мантией и узенькой полоской черной бархатной юбки. – Люси! – закричала она, пробираясь через толпу других черных мантий, слегка смахивающую на стаю черных ворон. Девушки кинулись друг-другу в объятия и театрально расцеловались. – Мой Бог! Ты выглядишь чертовски восхитительно! Какой загар! Ливви лизнула палец и потерла им свою щеку: – Не смывается! Мать Люси смущенно отвернулась от этой картины, размышляя заодно, чем бы отвлечь внимание своего супруга от ног Оливии. – Послушай-ка. – Улыбка Люси погасла. – Целых шесть месяцев ты была с Джеймсом на Дальнем Востоке – и только две открытки! И это – не свинство? Ливви взяла ее под руку. – Я действительно виновата. Прости меня, – серьезно сказала она. Люси искоса взглянула на подругу. Неподдельное раскаяние проступило в лице Оливии. Устоять перед обаянием Ливви было невозможно, и Люси отбросила все обиды. – Ладно, проехали! Только расскажи мне все. Большая любовь и непреодолимая страсть? Ливви задумалась, потом воскликнула: – Сплошное волшебство! Да, слово «страсть» лучше не произносить. Джеймс что-то очень быстро для молодого мужа перешел к дружеским отношениям. Ливви же была слишком горда, чтобы выражать неудовольствие. И вот сейчас она лгал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Обманутая

Мария Баррет

Оксфорд, июль 1984 года

– Ливви! Эй, Ливви! Сюда! – кричала Люси Дикон. Ее пронзительный вопль легко перекрывал плывущий над площадью гомон. Она так усердно махала рукой, что шапочка слетела с ее головы.

Ее мать наклонилась и подняла шапочку. – Люси, пожалуйста! – с укором сказала она. – Веди себя хоть чуточку приличней – это же твой выпуск!

Но ее слова повисли в воздухе: появилась Оливия Дэвис. Пяти футов с восемью дюймами роста, с длинными и загорелыми ногами, слегка прикрытыми мантией и узенькой полоской черной бархатной юбки.

– Люси! – закричала она, пробираясь через толпу других черных мантий, слегка смахивающую на стаю черных ворон.

Девушки кинулись друг-другу в объятия и театрально расцеловались.

– Мой Бог! Ты выглядишь чертовски восхитительно! Какой загар!

Ливви лизнула палец и потерла им свою щеку:

– Не смывается!

Мать Люси смущенно отвернулась от этой картины, размышляя заодно, чем бы отвлечь внимание своего супруга от ног Оливии.

– Послушай-ка. – Улыбка Люси погасла. – Целых шесть месяцев ты была с Джеймсом на Дальнем Востоке – и только две открытки! И это – не свинство?

Ливви взяла ее под руку.

– Я действительно виновата. Прости меня, – серьезно сказала она.

Люси искоса взглянула на подругу. Неподдельное раскаяние проступило в лице Оливии. Устоять перед обаянием Ливви было невозможно, и Люси отбросила все обиды.

– Ладно, проехали! Только расскажи мне все. Большая любовь и непреодолимая страсть?

Ливви задумалась, потом воскликнула:

– Сплошное волшебство!

Да, слово «страсть» лучше не произносить. Джеймс что-то очень быстро для молодого мужа перешел к дружеским отношениям. Ливви же была слишком горда, чтобы выражать неудовольствие. И вот сейчас она лгала и изворачивалась.

Решив сменить тему разговора, она посмотрела на родителей Люси и вежливо улыбнулась:

– Вы разрешите мне похитить Люси на несколько минут? Здесь с моей мамой находится Дэвид. Он обещал сделать несколько снимков нашей компании!

Дафна Дикон впервые с момента встречи соизволила вернуть улыбку. Если принимать во внимание связи Оливии, то это вполне мог быть Дэвид Бэйли. Она решила проверить свое предположение и нерешительно спросила.

– Это… Дэвид?..

Но Ливви проигнорировала вопрос. Дафна получила возможность предполагать все что угодно.

– Иди, Люси! Не заставляй ждать знакомых Оливии! Удачи, дорогая! – поторопила она, думая, как будет рассказывать о выпуске дочери в Бридж-клубе.

Люси изумленно смотрела на мать, но Ливви уже тащила подругу за собой. Оглянувшись на Дафну и видя искры надежды в ее глазах, Ливви небрежно сказала:

– Вы же знаете, как он занят. Поэтому мы должны поторопиться.