ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Яковлев Илья Черный снег Яковлев И.И. ЧЕРНЫЙ СНЕГ "Се, еси человек, сотворивый сие!…" Э. А. По "…моя тетя безумно умная!.." из высказываний бывшей супруги (тоже, в своём роде, великого человека) Часть первая. 1. Его отражение смотрело на него из зеркала с каким-то тихим ужасом. "Абсолютно не помню, что было вчера! С кем пил и по поводу чего – полная потеря памяти!"- подумал он и с отвращением посмотрел на ополовиненную бутылку водки, стоящую на подзеркальном столике. Надо было как-то побыстрее приходить в себя – предстояло еще и идти на службу. Хотя, что греха таить, в последнее время на службу в Управу Борис приходил исключительно в таком состоянии – с глубочайшего похмелья. Прополоскав какой-то новомодной мерзостью рот и с отвращением влив в себя с полстакана вчерашнего пойла, которое водкой назвать мог только отупевший оптимист, он потащился из ванной в спальню одеваться. Кое-как выгладив форменную сорочку (все равно под кителем не видно, а снимать китель сегодня не придется, весь день в разъездах), подгладив брюки и напялив фуражку, Борис допил остатки водки и вышел из квартиры. Выйдя из подъезда, он страдальчески прищурил глаза – солнце светило просто невыносимо ярко. Правда, постепенно глаза привыкли и вдобавок пойло, до сих пор стоявшее комком где-то в районе глотки или же пищевода, наконец-то соизволило провалиться в желудок и Борис почувствовал себя несколько лучше. На транспорте ехать не хотелось, благо до Управы было рукой подать, и он решил пройтись пешком. "За одно и проветрюсь хоть чуть-чуть", – устало подумал он. Здание Областного Управления Безопасности и Внутренних Дел было внушительным и было видно аж за пару кварталов. Когда-то Борис гордился местом

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Борис закусил огурчиком, предварительно запив пресловутой водой, подцепил на вилку, предусмотрительно протянутую Рэмом, грибок, и, с чувством глубокого удовлетворения в душе, задал вопрос:

– А почему я не наблюдаю наших стажеров?

– А сегодня вся контора их не наблюдает. Они все в подвале.

– На кой?

– Приехал какой-то (тут Рэм нецензурно выругался, применив при этом всего три буквы из кириллицы) из центра, демонстрирует куриозныя игрушки.

– ?

– Ну, новую спецтехнику от буржуинов привезли. Образцы. Вот он и деменструи…демонстрирует, у общем.

– И у целом?

– И там тоже.

– А ты чего не пошел?

– А на кой? Работать один хрен не дают, а не работать – что с этим барахлом, что без него – одна ерунда.

Рэм был прав. Работать действительно не давали. Миллион раз говорилось начальству – террористов – как грязи, только лови. Что взять бывшие братские республики, что – родное отечество. Как терроризм, так и экстремизм процветали, плодились и пахли. Но сверху хлопали по рукам по поводу и без, заставляя при этом заниматься такой рутиной, что волосья на головах у работников не то что дыбом вставали, а просто начинали, как рожь, колоситься и выпадать.

– А ты, кстати, чего сегодня, как птица-павлин – весь при параде?

– А я сегодня как бы в ответственного по отделу играю.

– Игра в ответственного – занятие тоже ответственное. К нему надо подойти со всей ответственностью.

– Не сломай язык! Наливай лучше. – засмеялся Борис.

– Лучше – это как? Больше чем по полстакана, что ли?

– Это в смысле – хорош мозги пудрить.

Дернули еще по разу. Борис наконец-то почувствовал, как отвратительная мутная зелень, стоявшая перед глазами с самого момента пробуждения, рассеивается и жизнь снова начинает обретать хоть какой-то минимальный смысл. "Работать с бодуна все-таки – препротивнейшая штука" – подумал он. Тут ему в голову пришла та самая мысль, которая крутилась в голове с того момента, как он вошел в кабинет, но которая никак не могла до этого обрести какую-либо форму. Он с удивлением посмотрел на Рэма и спросил:

– Кстати о птичках…

– О птицах-павлинах?

– О них, родных. Ты сам то чего в воскредельник притащился? Я то – ладно, партия сказала – надо, комсомол ответил – есть. А ты чего тут вымораживаешь?

Ответ был – лаконичен до основания:

– Супружница.

Так. Рэмова Инга была – тот еще подарочек. Но с другой стороны – сам.. и. т. д.

– Из-за вчерашнего?

– И из-за этого тоже.

– И из-за этого ты сидишь набыченный?

Рэм немного помолчал, потом задумчиво произнёс:

– А мало ли дряни на свете?

Тоже – проще некуда. Дряни на свете по жизни хватало. Не хватало только, чтоб эта дрянь на Рэма действовала текущим образом.

– Ну ладно. Опохмелился?.

– Ja.

– Ну и слава богу. Пора приступать к утренней гимнастике.

– Мне щас только и гимнастировать.