ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Одержимый Николай Иванович Леонов Глава 1 Телефонный звонок среди ночи – сродни трубе архангела. Изначально предполагается, что ничего хорошего ночной телефонный звонок нести не может. Тревожить операторов и тратить драгоценное время отдыха на разговоры решится только человек, у которого имеются для этого веские причины. И уж наверняка вам не станут звонить посреди ночи, чтобы сообщить, будто вы выиграли миллион, с которого не нужно платить налоги. Ведь даже если вас захотят развести, то и в том случае предпочтут сначала напугать, чтобы воспользоваться растерянностью и смятением. В этом случае страх действует вернее, чем любая иная эмоция. Ведь страх был задуман Природой, как самая надежная охранная система, чтобы спасать живому существу эту самую жизнь. И так было до тех пор, пока не начался научно-технический прогресс. Теперь страх в сочетании с техническими средствами стал оружием массового поражения, от которого невозможно защититься в принципе. Взять, например, ночные телефонные звонки с угрозами. Они застают человека врасплох, теплого и беззащитного, как младенца. Спящий человек бессилен, наг, он наедине с темнотой и призраками ночи. Каждое слово впивается в его тело, как раскаленный гвоздь или ядовитое жало, приносящие невыносимые страдания. Проводник железнодорожного состава Григорий Емельянович Трунин, равнодушный и ничем не примечательный человек сорока лет, испытал это на себе в полной мере. Телефон принялся трезвонить по ночам, начиная с понедельника. Трунин как раз отдыхал после далекого рейса Москва – Хабаровск. В пятницу ему нужно было отправляться в новый вояж. Дело для Трунина привычное, но, если откровенно, надоевшее до тошноты. Когда тебе двадцать л

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Хоть из-под земли нам его достань!

Тон его подействовал на Придонова. Он покорно ввалился в квартиру и, дрожа и приплясывая, принялся одеваться. На минуту в прихожую опять выглянула жена и многозначительно скривила губы.

– Ну, если тебя опять посадят, идол, можешь домой больше не возвращаться! – заявила она. – Мне надоело за тебя умолять ходить!

– Уйди! – махнул рукой Придонов. – Не позорь перед людьми! Язык как помело!

Вышли на улицу. Уже совсем стемнело. Погода была невеселая – мороз и чувствительный ветер. Придонов поднял воротник своего потрепанного полушубка и сразу зашагал куда-то, низко наклонив голову. Гуров забеспокоился. Такой тип, как Придонов, смог завести их куда угодно.

– Знаешь, где обитает Захарчук? – требовательно спросил он. – Отвечаешь за свои слова?

– А чего тут знать? Тут, короче, через пять... нет, шесть дворов Тамара живет. У нее можно водярой разжиться в любое время. Ну, типа подпольная квартира. Мужики разные туда ходят. Вот она и берет иногда проверенных людей – типа охраны. Володька последнее время у нее кантовался. То есть, может, он сейчас и не там, но по крайней мере, спросить у Тамары можно.

– Ага, подпольная торговля спиртным! – сказал Гуров. – А куда же смотрит милиция?

– Меня спрашиваете? – хмуро отозвался Придонов. – Меня спрашивать бесполезно.

Он замолчал и до самого дома не проронил больше ни слова. А возле него он обернулся к оперативникам и довольно решительно заявил:

– Один пойду! Вам тут никто ничего не скажет.

Гуров рассудил, что это разумно, но предупредил, чтобы Придонов не пытался скрыться.

– Мы за тобой все равно вернемся! – предостерег он. – Не делай глупостей.

Они прождали минут пять, а потом полковник Крячко начал проявлять нетерпение.

– Слишком мы понадеялись на сознательность этого маргинала! – с досадой сказал он. – Кажется, он нам дурит мозги, Лева! Давай-ка, проверь квартиру, которую он назвал, а я обойду дом – что-то не нравится мне эта тишина!

Он вприпрыжку побежал по белому двору и скрылся за углом. Гуров поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж к двери квартиры, про которую говорил Придонов. Ничего особенного в этой двери не было, разве что дверная ручка была будто отполирована – слишком много рук слишком часто ее касались. Кнопка звонка тоже выглядела так, будто ее долго и настойчиво шлифовали дождь и ветер.

Гуров прислушался. За дверью было тихо. Он прикинул, стоит ли звонить, или лучше дождаться возвращения Крячко, как вдруг в квартире послышался грохот, женский крик и звон стекла. Теперь Гуров, уже не раздумывая, нажал на кнопку звонка. Было слышно, как внутри кто-то мечется, словно ища пятый угол. Гуров навалился плечом на хлипкую дверь, и она вдруг, затрещав, распахнулась.

Он влетел в незнакомую, скудно освещенную квартиру.