ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Туран Джай — сын фермера с юга Пустоши, вступивший в схватку с бандитским кланом. Он попадает в рабство, бежит из страшной Донной пустыни и мстит убийцам своей семьи. Ему предстоит пройти через раз... Пустошь Илья Новак ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ФЕРМЕР Глава 1 Выйдя из гаража позади дома, Борис Джай-Кан сказал: — Карбюратор я починил. Поедешь к Железной горе, отвезешь продукты Знахарке и Старику. — Прямо сейчас? — удивился Туран. Было ранее утро, солнце только выглянуло из-за горизонта, но ферма уже проснулась. Со стороны ворот доносились голоса батраков, в загоне хрюкали свиньи, в ангаре приглушенно гудела динамо-машина. Ветошью Борис тщательно вытер испачканные машинным маслом руки. Он был чем-то озабочен — губы поджаты, глаза прищурены. — Прямо сейчас. И Мику с собой возьмешь. — Еще и Мику! Его-то зачем? Девятилетний брат был существом бодрым и энергичным. Провести с ним целый день в тесной кабине трехколесной мотоциклетки — не слишком приятная перспектива. — Как мы там поместимся? Мика уже здоровый… Борис с удивлением взглянул на старшего сына, бросил грязную тряпку в ящик для мусора и пояснил: — Я же сказал: «Панч» в порядке, я починил. Поедешь в нем. Назар говорил, ты не хуже меня научился управлять. — «Панч»?! — обомлел Туран. — Научился, да! Назар не соврал! Но ты… разве тебе машина не нужна? «Панчем» называли бронированный крытый грузовик, самый мощный из тех, которыми владел Борис Джай-Кан. Он был хозяином крупной фермы и до сих пор не разрешал Турану самому ездить на «Панче», только вдвоем с ним или с механиком Назаром. — Но почему на «Панче»? — спросил Туран и тут же добавил, испугавшись, что отец передумает: — Нет, я не против, конечно. Но… Разговаривая с Борисом, он заметил, что тот немного медлит, прежде чем отвечать, будто отцу требовалось больше времени, чем обычно, чтобы подобрать нужные слова. Заметил — но не придал этому значения. Взявшись за створку ворот, фер

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В песне говорилось о том, как некая красотка влюбилась в мутанта и собралась сбежать с ним в глубь Пустоши, но о планах девушки прознал отец, которому вовсе не улыбалось, чтобы единственная дочь смылась с каким-то уродом, ведь она нужна для работы по хозяйству, а еще ее можно выдать замуж за сына поселкового богатея, получив приличный калым. Отец позвал на помощь монахов из московского Храма. Ранним утром те подстерегли мутанта у сарая за домом, где жила его возлюбленная. Но нелюдь как-то умудрился обмануть охотников, одному монаху он разорвал горло, второму сломал хребет, а потом сбежал. Началась погоня, как водится, с криками и стрельбой. Услышав шум, девушка выскочила из дому в одной ночной рубашке и бросилась за монахами. На берегу «туманного обрыва» она, непонятным образом опередив преследователей, нагнала любимого мутанта, обняла его и закрыла своим телом. Но монахи все равно разрядили в парочку свои крупнокалиберные винтовки, и на глазах у подбежавшего отца влюбленные рухнули с обрыва в глубокое ущелье.

На этом песня закончилась, а Туран миновал опасный участок.

Солнце поднялось выше, слышимость стала хуже, но голос Скитальца все еще можно было разобрать. Включив для фона ненавязчивую мелодию, Шаар рассказал историю про знаменитого бойца Ставридеса Белое Пламя, чемпиона обеих Арен, московской и той, что находилась в Городе-Корабле. Нынче, по словам Шаара, Ставридос отошел от дел и на заработанные в боях деньги построил некую чудо-машину, на которой передвигается по Донной пустыне, воюя с тамошними мутантами. Туран слушал внимательно — про Ставридеса он знал, личность это была знаменитая. Поведав историю легендарного бойца, Скиталец прочел несколько объявлений: кто-то предлагал патроны, только что прибывшие из Харькова, кто-то хотел обменять седло и подпруги для ездового ящера-маиса на два десятка спинных пластин панцирных волков. Из пластин умелый мастер сделает доспехи, способные выдержать прямое попадание тридцать второго калибра с полсотни шагов. Какой-то киевский механизатор менял трактор с прицепом на двадцать мешков кукурузной муки — считай, даром отдавал, а мог бы заломить хорошую цену в серебряных гривнах Цеха Оружейников или в рублях Московии. С другой стороны, взять за трактор муку проще и надежней, ведь на значительной части Пустоши деньги не в почете.

Дальше дорога сбегала с пологого берега высохшей реки, пару километров тянулась по дну Сухой и пересекала противоположный берег. Выворачивая руль и часто глядя по сторонам, Туран слушал радио: Шаар рассказывал новости с Корабля.

Город- Корабль находился где-то очень далеко на юге, посреди самого дикого и опасного района Донной пустыни.