ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Туран Джай — сын фермера с юга Пустоши, вступивший в схватку с бандитским кланом. Он попадает в рабство, бежит из страшной Донной пустыни и мстит убийцам своей семьи. Ему предстоит пройти через раз... Пустошь Илья Новак ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ФЕРМЕР Глава 1 Выйдя из гаража позади дома, Борис Джай-Кан сказал: — Карбюратор я починил. Поедешь к Железной горе, отвезешь продукты Знахарке и Старику. — Прямо сейчас? — удивился Туран. Было ранее утро, солнце только выглянуло из-за горизонта, но ферма уже проснулась. Со стороны ворот доносились голоса батраков, в загоне хрюкали свиньи, в ангаре приглушенно гудела динамо-машина. Ветошью Борис тщательно вытер испачканные машинным маслом руки. Он был чем-то озабочен — губы поджаты, глаза прищурены. — Прямо сейчас. И Мику с собой возьмешь. — Еще и Мику! Его-то зачем? Девятилетний брат был существом бодрым и энергичным. Провести с ним целый день в тесной кабине трехколесной мотоциклетки — не слишком приятная перспектива. — Как мы там поместимся? Мика уже здоровый… Борис с удивлением взглянул на старшего сына, бросил грязную тряпку в ящик для мусора и пояснил: — Я же сказал: «Панч» в порядке, я починил. Поедешь в нем. Назар говорил, ты не хуже меня научился управлять. — «Панч»?! — обомлел Туран. — Научился, да! Назар не соврал! Но ты… разве тебе машина не нужна? «Панчем» называли бронированный крытый грузовик, самый мощный из тех, которыми владел Борис Джай-Кан. Он был хозяином крупной фермы и до сих пор не разрешал Турану самому ездить на «Панче», только вдвоем с ним или с механиком Назаром. — Но почему на «Панче»? — спросил Туран и тут же добавил, испугавшись, что отец передумает: — Нет, я не против, конечно. Но… Разговаривая с Борисом, он заметил, что тот немного медлит, прежде чем отвечать, будто отцу требовалось больше времени, чем обычно, чтобы подобрать нужные слова. Заметил — но не придал этому значения. Взявшись за створку ворот, фер

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Впереди, где дорога поворачивала, виднелся тот самый сарай над обрывом.

— Нет, — решил наконец Туран. — Не могу тебя отпустить. Если батя узнает…

— Да не узнает же! Слушай, — Мика схватил его за локоть и горячо зашептал, перегнувшись через рычаг переключения передач. — Я тебе половину шкурок отдам. Нет, все! Кроме одной! А мясо мне, я на духовую трубку его обменяю у Шипа, и на дротики. Мы с Шипом уже договорились. А шкурки — тебе! Я приманку для силков почти декаду собирал, столько личинок натаскал! Во все силки ползуны попались, точно говорю, они красных личинок знаешь как любят?! Девять силков, тебе восемь шкурок! Я их сам оскоблю и высушу. На восемь шкурок ты себе… ты себе пистолет старый на базаре сменяешь! И патроны к нему, коробку!

Это решило дело.

Еще какое-то время Туран поломался для виду, чтоб показать, как он недоволен, а Мика ему подыгрывал, продолжая канючить, но без задора, потому как ясно было, что он своего добился. Мысленно Мика уже вынимал добычу из силков и пристреливал духовую трубку. Туран же размышлял: восемь шкурок ползунов-солдат — целое богатство. Если Мика и вправду хорошо подготовился, смастерил крепкие силки да собрал личинок огненной многоножки… да уж, серьезную охоту брат затеял. И обречь его на неудачу Турану просто совесть не позволяет.

А еще больше — жадность. Восемь шкурок…

«Панч» подъехал к развилке у холма, дальше медлить нельзя. За пограничным холмом начинается территория, где девятилетнему мальчишке лучше не бегать без присмотра взрослых. Там обитают шакалы и панцирные волки, к тому же по округе шастают люди атамана Макоты. И как Знахарка с братом их не боятся?

В общем, пора было принимать решение.

— Ладно, — сказал Туран, притормозив, и Мика тут же распахнул дверцу.

— Стой! — брат схватил его за плечо.

— Ну, чего еще? — заныл Мика. — Давай быстро, солнце встает!

Оно и вправду вставало — почти целиком поднялось над холмами. Скоро начнется жара, если не поторопиться, попавшие в силки твари быстро стухнут.

— Поклянись, что соберешь ползунов так, что никто не заметит, и сразу — в сарай.

— Чем поклясться?

— Поклянись… поклянись здоровьем матери.

— Ладно, — сказал Мика, вывернувшись из-под руки брата. — Клянусь.

— И дождись меня вечером. Увидишь «Панч» на дороге — сразу беги к нему и садись, вроде как все время со мной ездил.

— Клянусь, клянусь! — Мика соскочил с подножки и помчался к заброшенному строению над обрывом.

Туран крикнул вслед:

— Только учти: обманешь меня — мы с тобой враги! Понял? И мать умрет, если ты клятву нарушишь!

— Не умрет, не умрет! — прокричал Мика в ответ, не оборачиваясь.

Туран утопил педаль газа и навалился на руль, объезжая пограничный холм.

* * *

Когда солнце на два кулака поднялось выше горизонта, он включил радио.