ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как должен чувствовать себя человек, узнав, что сценарий его жизни уже написан неведомой расой, затеявшей грандиозный эксперимент? Каково оказаться чужим, и ни для кого-то лично, а для всего челове... Странник Виктор Иванович Тюрин ПРОЛОГ – Тревога! Жесткое излучение! Прорван контур биологической защиты! – бесцветный голос автомата – информатора прозвучал негромко, но в безмятежной тишине штурманской рубки он прогремел словно рев боевой сирены. Наступившая следом тишина казалась настолько ненадежной и хрупкой, что раздайся хоть малейший звук, она разлетится на тысячи маленьких звонких осколков. В момент наивысшего напряжения, когда нервы натянуты до немыслимых пределов, 'тревожные' экраны, отвечающие за защиту корабля, неожиданно дали отбой тревоги, сменив ярко-красный цвет на зеленый. Капитан корабля, все это время не спускавший глаз с голографического проектора, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоиться. Если дыхание восстановилось быстро, то мысли и чувства после такой встряски никак не хотели приходить в норму, но на предписанную в подобных случаях психодинамическую гимнастику капитан не хотел тратить время. Ему нужно было знать, прямо и сейчас, какой урон нанесло пронзившее корабль жесткое излучение. И не столько самому звездолету, сколько его наиболее ценному грузу – пассажирам. Чем больше он вчитывался в информацию, представленную ему искусственным интеллектом корабля, тем легче становилось на душе. Наконец, капитан облегченно выдохнул воздух и уже собрался отвести взгляд, как его глаза и так занимающие почти четверть широкого и плоского безносого лица, стали резко увеличиваться в размере. Не веря, снова пробежал взглядом по той же строчке. Данные показывали, что излучение не прошило звездолет насквозь, и не рассосалось под воздействием защитных полей, а осталось на корабле, в виде самостоятельного источника излучения. Такое наглое поведение

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Первые полчаса работы на тренажере у меня голова была полна мыслями только о ней, пока инструкторы, не озверев окончательно, не начали ругаться чуть ли не хором. Напрягшись и собрав свою волю в кулак, я полностью переключился на тренажер. Мои мучители уехали только после шести часов занятий и тест – экзамена, который провели напоследок. После их отъезда у меня появилось немного свободного времени, которое я, наконец, посвятил обдумыванию деталей своего личного плана, имеющего определенные отличия от операции, задуманной Рабатом.

ГЛАВА 27

Корабль заметно вздрогнул. 'Стыковка. Переходный модуль. Началось'.

– Всем оставаться в своих каютах! Никакого движения! Повторяю, никакого движения! – раздалось по внутренней системе связи. Для меня эти слова означали начало операции. Тело напряглось, нервы натянулись как струны, мне уже сейчас хотелось, чтобы все закончилось. В коридорах челнока раздался тяжелый грохот солдатских башмаков абордажной команды линкора.

– Команде и делегатам! Всем собраться в кают-компании! Команде и деле…!

В этот миг помощник – референт по экономическим вопросам, под такой должностью я числился в списке делегатов, исчез из транспортного челнока, доставившего на орбиту правительственную делегацию.

Место, где я возник, оказалось удачным вдвойне. Как в плане неожиданности, так и в тактическом плане. Очутившись за спинами ничего не подозревающих людей, излишне напряженный, готовый стрелять во все, что движется, я запросто мог совершить ошибку, убив не того, кого надо, а так в моем распоряжении оказалось несколько драгоценных секунд, давшие мне возможность разобраться в обстановке и определить цели. Первыми среагировали на меня телохранители командующего эскадрой, но будь они хоть трижды профессионалы, куда им было тягаться со мной, когда ствол легкого пулемета смотрел в их сторону, а палец лежал на спусковом крючке. Оставалось только нажать, что я и сделал. Глухое короткое чавканье перечеркнуло их жизни в впервые же секунды.

'Есть! – это был запоздалый отклик сознания на мой переход. Искра радости вспыхнула и тут же погасла. Работа еще только начиналась.

– …поэтому планировать атаку в этом ракурсе можно только… – последующие слова, седого человека, в адмиральском мундире, повисли в воздухе, как только он обернулся на странные звуки. И замер, все еще не веря своим глазам. Его собеседник, в звании вице – адмирала, развернулся вслед за своим начальником, чтобы также, в точности, замереть, как Савиньи. Как я их понимал. Увидеть, распростертые на полу трупы охранников и неизвестного типа, взявшего их на мушку – это вам еще-то зрелище! Особенно если осознать, что взяться ему здесь, вроде неоткуда.