Союзы хобголинов с чистокровными людьми запрещены. Даже говорить об этом не разрешается. И подобная попытка могла бы стать причиной смерти влюбленных, если они осмелятся зайти настолько далеко.
Ходили слухи, что король боится ребенка, рожденного от человека и хобгоблина, ведь этот ребенок обладал бы не только всеми волшебными силами хобгоблинов, но и, скорее всего, совсем уж невероятными способностями. Рассказывали нелепые истории о том, что такое дитя сможет видеть прошлое и будущее, вызывать духов и даже воскрешать мертвых.
Конечно, это все глупости. На самом деле никто не верил в подобный вздор, как и в то, что хобгоблинов создали с помощью украденной белой магии.
Однако Рен читала в человеческой Библии про царя по имени Ирод, который показался ей немного похожим на Гофимбеля. Куртизанка иногда читала эту священную книгу, и некоторые истории утешали ее. Больше всего ей нравились в Библии сказания о Деве Марии. Она понимала чувства Девы, ее страх и ответственность от сознания того, что она носит частичку человеческих Небес в своем теле. Марию тоже вынудили оставить свою семью, когда выяснилось, что она готова произвести на свет дитя. Рен сочувствовала ей. Наверное, они с Марией могли бы быть добрыми подругами.
Но некоторые библейские сказания тревожили Рен в такой же мере, как она любила истории о Марии. Особенно отрывки из «Евангелия от Матфея». Куртизанка прочитала их всего один раз, но они запомнились ей навсегда.
Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят:
Где родившийся Царь Иудейский? Ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему.
… Тогда Ирод, увидев себя осмеянным волхвами, весьма разгневался и послал избить всех младенцев в Вифлееме и во всех Пределах ее, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов.
Рен снова вздрогнула. Не потому, что король Гофимбель мог бы совершить нечто подобное. Он строгий правитель, но никогда бы не приказал убить ни в чем не повинных детей. И все же ей и Квазиму, несомненно, повезло, что ее отец — лутин. Следовательно, Рен тоже лутин.
Почувствовав внезапную усталость, Рен уселась на каменную стену и открыла свой дневник. Она обнаружила, что в последнее время стала более эмоциональной — более одинокой, уязвимой и вспыльчивой, — а ее настроение постоянно менялось. Не имея возможности делиться правдой о своем положении даже с подругами, она привыкла вести дневник. Рен еще не в совершенстве владела письмом, да и вообще французским языком. Но, будучи осторожной, она следовала наставлениям Квазима и никогда не пользовалась языком лутин.
12 мая.
Сегодня мне немного грустно, хотя сияет солнце и у меня новое платье.






