ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Встреча с загадочной красавицей Зи для Николаса — обычного успешного человека — не только стала началом большой любви, но и подарила возможность вырваться из круга навязанных обществом представлени... Повелитель и обещание — Не знаю, для чего ему нужна война и как он умудрился остаться в живых, — задумчиво произнесла Зи. — Это непонятно. Хобгоблины для нас — мифические существа. Ими пугают непослушных детей. Старинная легенда гласит, что их создал первый великий французский король гоблинов. Тогда хобгоблины были слугами лутин и телохранителями короля, а потом обучали троллей. Но королю пришлось убить всех хобгоблинов из-за их чрезмерной свирепости и неоднократных попыток его свергнуть. Я думала, что они все мертвы. Король Гофимбель и Темная Королева фэйри всех их казнили. Нам так рассказывали. Она сглотнула, затем продолжила: — Но этот хобгоблин не умер. И он ненавидит гоблинов. И людей тоже. Его гнев так силен, что я потеряла сознание на автостоянке. Дети пытались увести меня из торгового центра — подальше от его зловещей ауры. Я будто вдохнула его ненависть, его яд — и он меня увидел. Ник, он посмотрел вовнутрь меня и понял, кто я такая. Он все знал о Гензеле и Гретель, они были ему нужны. Ник взял замерзшие руки Зи, поднес их к губам и согрел своим дыханием. Он нежно погладил ее кожу, удивляясь ее необычному строению. — Не беспокойся. — Ник посмотрел любимой в глаза. Они были очень красивыми, но не человеческими. Впрочем, это не имело значения. — Мы разыщем твоего Ледяного Джека и с его помощью остановим это чудовище. Потом мы все уедем далеко отсюда, в безопасное место, где вас никто не найдет. 1973 г. нашей эры — создана организация «Люди подземелья». 1991 г. нашей эры — Великая Засуха уничтожает всех чистокровных волшебников, включая королеву Мэбигон и короля Финварру. 1001 г. нашей эры — волшебники Ледяной Джек и Ио наносят ущерб детройтской общине и освобождаю

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Из-за чего эта печаль? Иногда я сама себе кажусь незнакомкой, которая ждет, когда начнется настоящая жизнь. Я жду своего любимого, жду появления на свет ребенка… постоянно жду. Иногда я ненавижу это ожидание.

Мысли Рен прервало тихое мурлыканье, и куртизанка почувствовала, что Бастет обвивается вокруг ее ног. Она никогда не выпускала кошку из дома, боясь, что ее собьет экипаж. Зверюшке всегда как-то удавалось появляться именно тогда, когда хозяйка хотела ее видеть.

— Здравствуй, моя красавица, — ласково сказала Рен. — Ты гоже устала ждать?

Бастет тихо запыхтела и позволила хозяйке потрепать себя за ушами. Кошка никогда не расслаблялась, ее бдительные глаза всегда исследовали тени, где мог притаиться враг. Казалось, зверюшка постоянно жила в каком-то ожидании. Может быть, она тоже ждала Квазима?

— Уже скоро, киска. Он скоро придет.

Глава 2

Когда Рен проснулась, ее расшатанные нервы будто вопили о том, что она не одна в комнате. Не открывая глаз, куртизанка чувствовала присутствие посторонних — троих лутин. Она пыталась позвать на помощь, но рот шлепком захлопнула холодная рука, и Рен грубо стащили с кровати. Гоблины так сильно схватили Рен за запястья, что чуть не сломали их.

— Подведите ее к окну, — приказал самый большой лутин.

Он повернулся к оконному проему, сдвинул тяжелые портьеры и опустил жалюзи. Услышав знакомый голос, Рен перестала сопротивляться. Это был король Гофимбель. Она никогда его не видела и не слышала, но хорошо знала его голос. Каждый лутин в империи ощущал шепот правителя в своих ушах.

Король повернулся к ней. При очень тусклом свете его глаза приобрели зловещий черный цвет. Язык, похожий на покрытую фосфоресцентным зеленым порошком желтую змею, быстро выполз изо рта и погрузился в маленький мешочек, закрепленный вокруг шеи гоблина. Порошок быстро растаял на деснах Гофимбеля, а его язык заполз назад в рот, похожий на пещеру. Холодные змеиные глаза короля все это время внимательно рассматривали Рен.

Куртизанка нашла Гофимбеля отвратительным, и ей стало стыдно за свои мысли.

— Итак, ты и есть маленький секрет Квазима.

Голос правителя отдавался в голове Рен так же, как и голос возлюбленного. Но эти звуки причиняли ей страшную боль и были какими-то выпытывающими.

Рука, закрывающая рот Рен, разжалась, дав возможность отвечать. Она отчаянно сопротивлялась требованию звучащего в ее голове голоса, но эта битва была неравной. Не в силах себе помочь, Рен в конце концов кивнула в знак согласия. Пока она пыталась защищаться, сухожилия на ее шее напряглись так, что даже затрещали. По спине и плечам бежала мучительная боль, мышцы рвались, но в конце концов куртизанка не смогла заставить себя не отвечать.