ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война — любимое занятие генералов, она весьма выгодна и политикам, особенно когда ведется не на своей территории, а где-то далеко — например, в другой звездной системе. Те, кто затевает войны, в них о... Пепел Федор Дмитриевич Березин ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ЛАБИРИНТЫ Сутки здесь равнялись восьмидесяти земным часам, но сейчас солнце этого мира стремительно взлетало от линии горизонта. Оно просматривалось на фоне загаженной атмосферы как бледное светлое пятно, а эффект его взлета достигался за счет собственной умопомрачительной скорости летательного аппарата. Держать такой темп на высоте всего двадцати метров человеку было невыносимо — через считанные минуты голова начинала пухнуть от напряжения, появлялась предательская тяга плюнуть на все и остановить эту бешеную карусель. Да и вообще, реакции живого существа не хватало: перед глазами, запаздывая в нервных волокнах, проносилось то, что в действительности уже осталось далеко позади истребителя. Поэтому человек был всего лишь наблюдателем: его уставшие зрачки внимательно бегали по рядам лампочек и индикаторов, экраны переднего обзора были отключены за ненадобностью, самолетом управляла автоматика, живущие в стальных внутренностях токи фиксировали и выдавали на пульт высоту, скорость, расстояние и время до очередной точки трансформации маршрута. Можно было закрыть глаза и лишь по изменениям нагрузки на тело судить о том, в какую сторону маневрирует летательный аппарат: вверх, вниз, вправо, влево, в зависимости от того, какой маневр робот посчитал экономичным при огибании нового препятствия. Приборы бесстрастно фиксировали норму, и ни одна стрелка на виртуальных дисплеях не заходила за красный сектор. Он уже отбомбился, хотя в этом полете он не сбрасывал привычные высокоточные самонаводящиеся десятикилотонные «хлопушки» или обычные мегатонные «погремушки», сегодня он просто равномерно разлил на площади десять миллиардов квадратных

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Командир базы Мун Гильфердинг не ведал, за какие заслуги он взлетел на эту должность, по сути, самую ответственную, истинно военную ступень в иерархии землянина в настоящее время. Только здесь, в тысячах световых лет от Солнечной системы, проводились активные операции — так сказать, демонстрация силы в ее применении. Если бы не эта серьезная война, ведущаяся малой собственной кровью, но огромной концентрацией мощи, трудно было бы оправдать дальнейшее существование гигантской армии и продолжение ее совершенствования. Астро-адмирал Мун Гильфердинг всю жизнь был сторонником осторожных действий. В древнейшие времена он, пожалуй, очень подошел бы для управления каким-нибудь соединением на территории, граничащей с союзным государством. Он не слишком долюбливал агрессивные рискованные поступки, и Чингисхан из него бы явно не получился. Однако он считал себя стратегом с большой буквы и доверие верховного командования на управление Маарарской армией осознавал как высшее признание своих заслуг перед вооруженными силами. Военные разрушения, ведущиеся на громадной площади суши внизу, он планировал методически, долго совещаясь с командирами меньшего ранга и заместителями. Целью этих совещаний было прямое осаживание их инициативы. Выполнение инструкций, находящихся в неизмеримом числе триллионов километров Земли, он считал высшей воинской добродетелью. Он любил эти инструкции, они никогда не противоречили его собственным убеждениям, но тем не менее он ни разу не подумал о том, что виной его назначения была именно психологическая совместимость с подсмыслом основной военной доктрины.

Сегодня, как и все последние виртуальные дни и ночи, Мун Гильфердинг клял тот день, когда согласился на повышение, насколько проще было бы сейчас находиться на матушке-Земле и в тиши кабинета, с реальным видом города из окна, тщательно дорабатывать плановые военные учения. Астро-адмирал боевого космического форпоста человечества был в панике. Это была странная паника, это была паника, вызванная сокрушительнейшей в истории победой. Он был просто в трансе от того, что прикончил не только орды врагов, но и саму экосферу планеты. Еще одно потрясение он испытывал от того, что теперь все зависело от инициативы и решительности военных практически самого низшего звена, он вынужден был обстоятельствами дать им эту власть, и от их умения зависел исход войны. Ученые базы доказывали, что война уже закончилась автоматически: после смещения литосферы планеты наведение любых баллистических ракет, сделанное до того, теряло свою ценность. Да по расчетам так и выходило, но он не верил в это. Ведь по трезвым, обоснованным рассуждениям и нанесенный по Мааре удар был неосуществим.