ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война — любимое занятие генералов, она весьма выгодна и политикам, особенно когда ведется не на своей территории, а где-то далеко — например, в другой звездной системе. Те, кто затевает войны, в них о... Пепел Федор Дмитриевич Березин ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ЛАБИРИНТЫ Сутки здесь равнялись восьмидесяти земным часам, но сейчас солнце этого мира стремительно взлетало от линии горизонта. Оно просматривалось на фоне загаженной атмосферы как бледное светлое пятно, а эффект его взлета достигался за счет собственной умопомрачительной скорости летательного аппарата. Держать такой темп на высоте всего двадцати метров человеку было невыносимо — через считанные минуты голова начинала пухнуть от напряжения, появлялась предательская тяга плюнуть на все и остановить эту бешеную карусель. Да и вообще, реакции живого существа не хватало: перед глазами, запаздывая в нервных волокнах, проносилось то, что в действительности уже осталось далеко позади истребителя. Поэтому человек был всего лишь наблюдателем: его уставшие зрачки внимательно бегали по рядам лампочек и индикаторов, экраны переднего обзора были отключены за ненадобностью, самолетом управляла автоматика, живущие в стальных внутренностях токи фиксировали и выдавали на пульт высоту, скорость, расстояние и время до очередной точки трансформации маршрута. Можно было закрыть глаза и лишь по изменениям нагрузки на тело судить о том, в какую сторону маневрирует летательный аппарат: вверх, вниз, вправо, влево, в зависимости от того, какой маневр робот посчитал экономичным при огибании нового препятствия. Приборы бесстрастно фиксировали норму, и ни одна стрелка на виртуальных дисплеях не заходила за красный сектор. Он уже отбомбился, хотя в этом полете он не сбрасывал привычные высокоточные самонаводящиеся десятикилотонные «хлопушки» или обычные мегатонные «погремушки», сегодня он просто равномерно разлил на площади десять миллиардов квадратных

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он сделает мгновенную коррекцию, наведется точнехонько в центр и запустит ускорители, приданные для взлета с планеты. И никто не узнает ничего о нападении, нет у космического грузовоза «Тесея» возможности послать сообщение, да и времени на это в любом случае не хватит. И тогда все кончится. А если начнется снова, то здесь остаются дежурить еще два корабля-робота. Они запрограммированы на игнорирование системы опознавания своих и на сбивание скоростных целей, идущих со стороны Портала. Он мог послать их вперед себя, но он знал, что не выдержит новых месяцев ожидания, или, тем более, лет. Самое главное, чтобы это было не зря: может, получив такое военное поражение, Земля задумается, по правильной ли дороге она идет.

А сейчас впереди у него были две недели страшной, одинокой жизни. Он должен был просуществовать четырнадцать дней наедине со своими мыслями и со своей совестью. Он надеялся, что выдержит, на борту отсутствовало личное оружие.

Сентябрь 1998 — март 1999 гг.