Боже мой, ведь изящество зависит от такой малости, оно исходит от души, а счастье — и дитя и матерь изящного. Я могу достаточно заработать, расписывая фарфор, и не буду ему в тягость, а, наоборот, помогу ему в жизни. Да и любовь поможет нам пережить трудные дни. Адольф честолюбив, как и все молодые люди с возвышенной душой, и ему, конечно, удастся...
Меркаде
. Удается холостому, а женатый должен из кожи вон лезть, чтобы рассчитаться с лавочником; гоняешься, высуня язык, за какой-нибудь тысячью франков. А он честолюбив?
Жюли
. Отец, у Адольфа столько воли и столько способностей, что, я уверена, в один прекрасный день он будет... министром...
Меркаде
. Кто теперь не думает о министерском портфеле! Любой юнец, окончив коллеж, мнит себя великим поэтом, великим оратором, великим министром — подобно тому как во времена Империи каждый достигший чина младшего лейтенанта уже видел себя маршалом Франции. Знаешь, кем будет твой Адольф? Отцом пятерых ребятишек, которые разрушат твои планы касательно труда и сбережений и доведут его превосходительство до улицы Клиши
[7]
, а тебя ввергнут в страшную нищету. Ты изложила мне тут роман, а не историю действительной жизни.
Г-жа Меркаде
. Бедная девочка! В ее возрасте так легко принять надежды за действительность.
Меркаде
. Она воображает, будто счастье в браке дается любовью. Она ошибается, подобно всем, кто возлагает вину за свои ошибки на случай — на этого ответственного издателя всех наших бредней; тогда начинают обвинять в своей неудаче общество и потрясают его основы. Словом, все это — пустая любовная интрижка, все это не серьезно.
Жюли
. Отец, и с его и с моей стороны это — настоящая любовь, и ради нее мы пожертвуем всем.
Г-жа Меркаде
. Как, Жюли, ты не пожертвуешь этой зарождающейся любовью, чтобы спасти отца? Чтобы вернуть ему больше, чем жизнь, которой ты обязана ему, — вернуть честь, которую семья должна хранить незапятнанной?
Меркаде
. Какая же польза от твоих обожаемых романов, несчастное дитя, если ты не извлечешь из них желания подражать той самоотверженности, которую в них проповедуют романисты? Ведь нынешние романы — это настоящие проповеди на социальные темы. Знает ли Адольф о размерах твоего приданого? Рисовала ли ты ему прекрасную картину вашей будущей жизни — пятый этаж, парк на подоконнике и одни вишни к ужину? Словом, совсем как жил некогда Жан-Жак с своей трактирной служанкой
[8]
.
Жюли
. Отец, я не способна совершить хотя бы малейшую нескромность, которая может вам повредить.
Меркаде
. Значит, он думает, что мы богачи?
Жюли
. Он никогда не говорил со мною о деньгах.
Меркаде
(в сторону, жене)
. Все понятно.
(Жюли.)
Напишите ему, Жюли, и немедленно: пусть он придет переговорить со мною.
Жюли
. Ах, отец!
(Целует его.)
Меркаде
.






