ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

“Ангелочек”, по определению автора, - история маленького человека. Героиня до последних страниц безымянна: малый рост, малые духовные запросы безгрешного почти существа дают возможность знакомить с не... Ангелочек Евгений Анатольевич Даниленко * * * На первых фотографиях она предстает существом без лица, с одними глазами, окаймленными самодельными оборками. Затем она же, но по прошествии времени, у новогодней елки. Сельский фотограф увековечил малышку, позирующую, заложив руки за спину, выпятив округлый животик в малой ей уже кофте, измятой юбке, шароварах с пузырями на коленках и зашнурованных черными шнурками белых ботиночках с облупленными носами. Далее — групповой снимок мальчишек и девчонок в “испанках”. Детвора выстроилась на фоне моря, такого светлого, что оно кажется пустым местом. И она, наша малышка, крайняя слева во втором ряду — “испанка” сдвинута на затылок, и отчетливо виден этот узкий и выпуклый, как у козочки, лобик… * * * Забравшись в сад артиллериста последней всемирной войны деда Тараса, малышка при сигнале тревоги замешкалась, и в то время как остальная ребятня с визгом прыгала через заборы, оказалась нос к носу с хозяином, неожиданно выступившим из-за ствола засохшей алычи. Шагнув примотанной ремнем к бедру деревяшкой, знаменитый воин погрузил ее в букс между босых стопочек обомлевшей воровки. Нагнувшись, притянул ее к себе. Малышка ощутила запах, исходивший от страшного деда, — земли, табака, вина. Услышала удары его сердца. В следующую секунду ее отпустили, пробормотав с усмешкой: — Хороша выйдет сучка… Рассыпав украденные жерделы, малышка метнулась к забору. Перелезая через него, сделала неловкое движение и с размаху оседлала заостренную плаху. С той поры на исподе ляжечки остался шрам — в память о посещении сада. * * * Село, где жила малышка, было как все южные села. Зимой стояла гигантская грязь, которую жители месили литой резиной сапог. Вес

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Стоящий шагах в пяти от нее незнакомец, среднего роста, с рыжеватыми волосами, конопушками на обычнейшем лице, ошалело уставился на обернувшуюся. Заметив, какое впечатление произвела, малышка не смогла сдержать улыбки. Только что сошедшего с автобуса Александра Алтухова интересовало, как пройти к совхозной конторе.

Малышка объяснила, как и, еще раз снисходительно улыбнувшись усталому, пропыленному, плохо выбритому мужчине, чувствуя, что он продолжает смотреть ей вслед, взошла, как Анжелика по мраморной лестнице, по свежеунавоженным ступенькам.

Через несколько дней она вновь увидела Алтухова. Александр проехал мимо на мотоцикле с коляской, узнав малышку, притормозил. Она кивнула ему и, придя на работу, перед зеркалом, висящим на стене, повторила этот царственный, по ее мнению, кивок.

Малышке было известно уже: по приглашению дирекции совхоза Алтухов прибыл откуда-то из Казахстана, чтоб возглавить механические мастерские.

Ничего в нем особенного не было, разве что глаза такие же синие, как у французского Зорро. Но как часто затаенные силы нашей души вдруг устремляются — на кого-нибудь, кто, за отсутствием Алена Делона, оказался рядом…

От тридцатилетнего инженера пахло бензином, землей, вином, дешевыми папиросами. Малышке этот букет казался странно знакомым. Она пыталась припомнить то, что было связано с ним, однако тщетно. Они прогуливались по балке, выходившей к задворкам особняка, где малышка благословляла судьбу. Свидания в потемках. Журчавший на дне балки ручей курился туманом. Становилось зябко. Малышка терпеливо дрожала под накинутым на плечи алтуховским пиджаком. Александр, зажигая одну папиросу от другой, рассказывал о Казахстане.

Малышке почему-то запомнился рассказ об одном из тамошних обычаев: лошадь перед забоем привязывают на пару недель в темном сарае. В темноте лошадь, оказывается, быстрее жиреет.

Однажды Алтухов приехал к малышке средь бела дня, посадил на мотоцикл и увез в степь. Там он носил ее на руках между подсолнухов. Малышка обрывала их лепестки, сыпала Александру на голову. Он, запыхавшись (малышка была для него тяжеленька), но стараясь не показать вида, шагал и шагал вперед, точно намерен был со своей ношей достигнуть самого Черного моря!

Моря, разумеется, он не достиг, но вышел на берег искусственного озера. Тут осторожно установил малышку на песок, а сам опустился на колени и, снизу вверх, смотрел на нее. В тот момент малышка казалась себе гораздо старше и опытнее Алтухова. Ероша его волосы, она смеялась и поглядывала вокруг.

Нестерпимо голубая поверхность озера переливалась огненной рябью, на противоположном берегу белели водокачка, домик лодочной станции, и малышке казалось, что она видит Алжир своих грез.

* * *

Алтуховская жена нагрянула внезапно.