Возможно, когда-нибудь в разговоре на эту тему он сможет выдавить из себя улыбку и сказать пару слов о пережитых вместе трудностях и проявленной ими смекалке. Со временем все это будет восприниматься как очередное приключение — но не сейчас.
Похоже, Кетсване пришли на ум те же мысли и воспоминания, что и Гансу. Зулус кивнул, и они какое-то время помолчали.
Ганс поднес к глазам полевой бинокль, навел его на линию горизонта и вновь повернулся к Кетсване.
— Скоро у нас появится компания.
— Ты о чем?
— Дирижабль, — пояснил Ганс, указывая на точку в небе.
Подгоняемый западным бризом, летательный аппарат быстро приближался к тому месту, где они находились, а через несколько секунд Шудер заметил еще одну машину, парившую над горной грядой в десятке миль к югу от них.
Оба вражеских дирижабля летели прямо в их сторону, и Ганс понял, что бантагские пилоты точно знают, где искать людей. Значит, по крайней мере, одному всаднику орды удалось вырваться из ловушки и оповестить бантагов о появлении солдат Республики. Сколько времени могло пройти с тех пор, как эта весть достигла Гаарка? Вероятно, часов шесть.
Но если так, почему же враг не оказал им никакого сопротивления? Немногочисленный отряд противника, охранявший каменный мост, явно был захвачен врасплох, а ведь именно в этом месте бантаги могли попытаться сдержать людей, не давая им переправиться на западный берег Эбро.
«Он еще не уверен, — догадался Ганс, — Гаарку только что доложили о нашем маневре, и он поднял в воздух дирижабли, чтобы перепроверить эту информацию. Прекрасно. Но где же, черт возьми, наши летательные аппараты?» Он навел бинокль на юго-запад, разглядывая горную гряду. После полуночи установилась хорошая погода. Петраччи должен был уже достичь каменоломен, убедиться в том, что они находятся под контролем людей Ганса, и либо приземлиться, либо лететь дальше на север. Однако его нигде не было видно.
«Проклятье!»
Дирижабль, летевший прямо на них, чуть заметно изменил направление движения. Его нос начал задираться вверх. «Осторожная бестия, перестраховывается, чтобы мы никак не могли сбить его из нашей пушки», — со злостью подумал Шудер. Воздушное судно бантагов пронеслось в миле к северу от Ганса и в тысяче ярдов над поверхностью земли. Не долетев до реки, оно развернулось, опустилось чуть ниже и устремилось на север — к линии железной дороги.
— Вперед! — воскликнул Ганс и оглянулся назад. За его машиной находились еще десять броневиков и подразделения конной пехоты. Сжав пальцы в кулак, Ганс сделал рубящее движение рукой и указал на запад.
Его броневик двинулся с места, медленно прокатился вдоль склона холма и спустился на старую Римскую дорогу, ведущую на северо-запад.
Ганс почувствовал, как его охватывает возбуждение.






