Но едва дочь открыла рот, как стало ясно, что она поторопилась с выводами. В последнее время Аннабел то и дело заставляет Фелисити чувствовать себя плохой матерью.
— Я никогда не выйду замуж и не буду заниматься сексом. — Кипевшая от негодования Аннабел сгорбилась в кресле.
— Ну а я выйду, — ответила Фелисити. — И не стану спрашивать твоего согласия. Вы, юная леди, поедете со мной и Тони в Оукфорд. Вот и все. — Добиться подчинения Аннабел силой далеко не самый лучший метод с точки зрения педагогики, но Фелисити уже исчерпала свой запас терпения.
— Тогда я возьму с собой Тигра.
— Это невозможно. Ты знаешь, что кот принадлежит бабушке. Но, когда мы обживемся на новом месте, ты сможешь завести котенка. — Аннабел открыла было рот, пытаясь что-то возразить, однако Фелисити ее опередила. — А теперь ступай в свою комнату делать уроки. И заруби себе на носу: я выхожу замуж. Разговор окончен.
— Ладно. — Аннабел пулей вылетела из комнаты. — Но не проси меня быть подружкой невесты!
Тигр покосился вслед Аннабел, заурчал, как мотоцикл на полном ходу, и начал тереться об ноги Фелисити. Она наклонилась и почесала кота за рваным ухом. Тигр всю жизнь был бойцом, но в последнее время несколько утратил былую воинственность, чувствуя, что тягаться с молодыми соседскими котами ему уже не по силам.
— Ох, Тигр, — пожаловалась Фелисити, — почему жизнь такая сложная штука?
Хотя жизнь Тигра была ничуть не проще, он продолжал довольно мурлыкать. Фелисити сделала глубокий вдох, готовясь к разговору с матерью и убеждая себя, что с Айрин ей будет легче.
— Ну, моя милая, надеюсь, теперь ты купишь новую кровать и заново отделаешь спальню.
Неужели жизнь сыграла со мной очередную злую шутку? Или просто все матери и дочери не понимают друг друга? — ломала себе голову Фелисити. Она пробыла в роли дочери тридцать пять лет, но понимала мать не лучше, чем в момент своего появления на свет.
— Мама, — промолвила она, пытаясь сохранить терпение, — я говорю тебе, что собираюсь выйти замуж. Кстати говоря, напоминаю, что ты мечтала об этом несколько лет. А ты в ответ спрашиваешь, не собираемся ли мы покупать новую кровать.
Однако на образ мыслей матери это ничуть не повлияло.
— Так собираетесь или нет? — только и спросила она.
Фелисити начала чувствовать раздражение. Шампанское Оливера все еще остывало в холодильнике. Видимо, там ему и следует оставаться; судя по всему, умаслить Аннабел и Айрин не может ничто.
— Этот вопрос мы с Тони не обсуждали, — буркнула Фелисити. — Честно говоря, я об этом и не думала, — добавила она. Айрин Хоббит сделала глоток хереса, заправила прядь седых волос в пучок на затылке и безмятежно улыбнулась дочери.
— А я бы на твоем месте подумала об этом в первую очередь, — откликнулась она.






