ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Земле угрожает самая страшная в ее истории катастрофа — выведен смертоносный вирус, способный уничтожить человечество в считаные минуты.Молодому разносчику пиццы Томасу Хантеру снится сон, в которо... Тьма Тед Деккер Пролог Карлос Миссириан его имя. Впрочем, называли его по-разному. Родом он с Кипра. Напротив Карлоса, у другого конца длиннющего стола, медленно разрезал толстеннейший кровавый стейк Вальборг Свенсон. У этого типа имен вообще не перечесть. Родом он из ада. Они поедали свои бифштексы в гнетущей тишине громадного зала, вырубленного в граните Швейцарских Альп. Черные чугунные светильники освещали стены тусклым мерцанием. Никого и ничего, лишь Карлос Миссириан да Вальборг Свенсон со своей полусырой говядиной в холодных голых стенах этого мрачного зала. Карлос взрезал толстый шмат мяса острейшим ножом, следя, как раздается багровая зажаренная плоть. «Как море Красное расступается». Он резанул еще раз, прислушался. Единственный звук — мелкие зубчики ножа скребут фарфор, пройдя сквозь волокна мышц. Своеобразный звук для того, кто умеет слушать. Карлос сунул мясо в рот, сжал зубами. На Свенсона он не глядел, хотя знал, что тот исподтишка, исподлобья сверлит его взглядом, вглядывается в лицо с длинным шрамом на правой щеке, в остекленевшие черные глаза. Карлос дышал глубоко и спокойно, наслаждался медным привкусом разжеванного, пропитанного родною слюной мяса. Мало кому дано запугать Карлоса. Когда-то в юности те странные люди в Израиле пытались внушить ему страх — ну да ладно, это уже в прошлом… Он не знал страха, им руководила только ненависть. Ценное качество для прирожденного киллера. Но Свенсон одним своим взглядом мог и скалу заставить трепетать. Не сказать, что Карлос его испугался, но ухо держал востро. Не потому, что ощущал угрозу, нет. В любой момент он мог едва заметным движением руки метнуть столовый нож в глаз или в сонную артерию этого типа. Чего же

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он повернулся поудобнее, тихо сидел, стараясь не мешать сестре.

— Если бы они знали, где мы живем, уже были бы здесь.

— Тихо сиди, не болтай!

— Не знаю, сколько у нас в запасе.

— Я никуда отсюда не уйду, — заявила она категорически.

— Нельзя нам здесь оставаться, пойми! Они нашли меня по рекламе… Или по какому-нибудь списку спонсоров театра. Сеть арткафе рекламирует по всей стране, мне бы сообразить надо было.

Она забинтовала голову, закрепила повязку.

— Выстрел в голову — очень милая концовка «Алисы в стране чудес», не правда ли? — усмехнулась Кара.

— Ох, Кара, не смешно.

— Вот и мне не до смеха!

— Ладно. Я дурак, признаю. Но все же мы все еще живы, хотя эти подонки продолжают охотиться на меня.

— Ты сообщил в полицию?

— От полиции проку не будет. Полиция их не остановит.

Том пощупал повязку, встал. Мир вокруг него поплыл и завертелся.

— Сядь, не прыгай, — приказала Кара.

Раскомандовалась! Что ж, она это заслужила. Пусть покомандует. Кроме того, уступи ей в малом, дай покомандовать — и любая трещина в отношениях быстро затянется.

Он сел.

— Прими. — Она вручила ему две таблетки. Том небрежно зашвырнул их в рот, проглотил, не запивая.

Кара снова вздохнула.

— Итак, пройдемся с самого начала. Ты нагрел каких-то бандюг на сто тысяч зеленых, и они теперь гоняются за тобой. Через четыре года грехи твои тебя догнали, возможно, через арткафе «Волшебный круг» или через твою сеть кофеен. В тебя стреляли, ты удрал. Но они знают, что ты живешь где-то рядом, потому что шел пешком. Значит, не слишком долго им придется искать, где ты живешь. Так?

— Ну да…

— Для довершенья чуда удар по башке, сотрясение мозга, контузия или что там еще… И ты вообразил, что живешь в ином мире. Опять все так?

Он кивнул.

— Может быть. Что-то в этом роде.

Она закрыла глаза.

— Черт знает что! Ты чокнулся.

— Вероятно. Но все равно отсюда надо убираться.

— Куда? И как ты это себе представляешь? Я работаю. Я не могу просто так бросить все и уехать.

— Мы можем уехать на время. Но нельзя сидеть здесь, сложа руки и дожидаясь их. — Он встал и прошелся по комнате неуверенной покачивающейся походкой. Голова шла кругом, в глазах все расплывалось. — Может, стоит на время вернуться на Филиппины. У нас паспорта. У нас друзья, которые…

— Забудь! Я десять лет стряхивала с себя эту чертову Манилу. И теперь меня туда арканом не затащишь.

— Ой, Кара, я тебя умоляю! В тебе больше филиппинского, чем американского. Нельзя же вечно держаться за свои бредовые идеи.

— За тебя пуля говорит, которая тебя по башке стукнула. Хватит уже бегать! Здесь наш дом. Я американка. Я живу в Денвере, штат Колорадо, и мне нравится моя жизнь.

— Мне тоже нравится. И твоя, и моя. Но если они меня достанут, жизнь если не оборвется, то уж точно превратится в ад.

— Раньше надо было соображать.