ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Спустя девять месяцев после того, как космический корабль «Чарльз Дарвин» столкнулся с неизвестным небесным телом, профессор Шаган, руководитель обсерватории Маник Майя, обнаружит что астероид Ре 3... Иной мир Герберт Циргибель Предисловие переводчика Свою работу я посвящаю экипажу космического корабля «Колумбия», трагически погибшему 1 февраля 2003 года при входе в атмосферу. Имена семерых погибших астронавтов шаттла «Колумбия» будут высечены на монументе «Зеркало Космоса» на мысе Канаверал. Для меня было бы большой честью привести эти имена здесь, ссылаясь на данные космического агенства NASA, которое готовит этот монумент. Командир корабля — Рик Д. Хасбенд, 45 лет, полковник ВВС США, был летчиком-испытателем. Аттестован для работы в NASA в 1994, Хасбенд провел более 235 часов в космосе. Вильям С. МакКоул — пилот, 41 год, летчик-испытатель. Аттестован для работы в NASA в апреле 1996, МакКоул совершал свой первый полет в космос. Майкл П. Андерсон — Payload Commander, 43 года, подполковник ВВС США, пилот-инструктор и тактический офицер. Андерсон провел более 211 часов в космосе. Дэвид М. Браун — эксперт 1, 46 лет, капитан морского флота США, был морским летчиком. Аттестован для работы в NASA в апреле 1996. Браун совершал свой первый космический полет. Калпана Чаула — второй эксперт, 41 год, была космическим инженером и летным инструктором, сертифицированным Федеральным Авиационным Агенством (FAA). Аттестована для работы в NASA в декабре 1994. Чаула повела более 376 часов в космосе. Лорел Блэр Сэлтон Кларк — четвертый эксперт, 41 год, была офицером морского флота США. Аттестована для работы в NASA в апреле 1996. Кларк совершала свой первый полет в космос. Илан Рамон, Payload Specialist 1, 48 лет, полковник ВВС Израиля, был пилотом истребителем. Аттестован для работы в NASA в 1998 году. Совершал свой первый космический полет. ЗЕМЛЯ ВАС НЕ ЗАБУДЕТ! Сильвии и Юргену «Стар

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Экспандеры служили нам кандалами. Из моей руки сочилась кровь.

— Теперь хватит, — сказал Чи, — он меня чуть было не придушил.

— Отпустите меня, вы, змеи! кричал закованный в кандалы, — Отпустите меня, я хочу к Рабиндранату!

Мы убедились в том, что он был крепко привязан, и переместились обратно в лазарет. Соня принялась собирать свои медикаменты.

— Это, пожалуй, последняя стадия, — сказала она.

— Надеюсь, — проворчал Гиула.

— Он больше не должен быть нам угрозой, — заверил Чи, — он больше никогда не выйдет из своей каюты.

Пятое июня

Он висел на стенке каюты словно Барабас

на кресте. Пружины экспандера растягивались под его движениями; таким образом он невольно пришел к тому, чтобы продолжить делать гимнастические упражнения. Я хотел принести ему что-нибудь попить, но он плюнул в меня и отказывался от любой пищи. Я подумал: ему следовало бы дать ампулу, будет лучше, если он заснет и больше не проснется. Мысль была жестокой, но нисколько не страшнее, чем его облик, клонивший меня в сон. Скоро время покажет, что мои рассуждения были верными.

Больной Паганини не только развивал поразительную силу, но и проявлял поразительную разумность, которая была направлена лишь на одну цель: освободиться. Как ему удалось освободиться, осталось для нас загадкой. Соня обнаружила свою пропажу. Она позвала нас. Чи, Гиула и я целыми днями торчали в саду. Когда мы услышали крики Сони, мы совершили роковую ошибку, оставив лабораторию без охраны. Мы обыскали каюты, Чи охранял шлюз. Вдруг мы услышали как он чем-то загремел. Звуки исходили из лаборатории. У его сумасшествие была своя метода. Когда мы появились в люке, в нас полетели консервы. Он защищал этот люк, словно царь Леонид, оборонявший Фермопильское ущелье

от персов. Гиуле не повезло, во второй раз снаряд задел его. Но затем мы с ужасом увидели то, что он уже натворил. Водоросли парили по саду, питательная жидкость собралась в капли по всему помещению, Повсюду кружились пластиковые пакеты. Но это было не самое худшее. Паганини действовал систематически. Его усилия были направлены на то, чтобы умертвить нас. Пока мы его повсюду искали, он словно сумасшедший залетел в сложную лабораторию. Измерительные и контрольные приборы разлетались на мелкие кусочки под его ударами, потому что на сей раз он был умнее и крепко держался рукой, когда наносил удары. Система трубок, тонкие капилляры, были согнуты или разорваны. На мгновение мы словно оцепенели. Чи пробрался через люк, бутылка полетела ему в голову, но он не обратил на это внимание.

— Все умрут! — неиствовал Паганини, — этот мир будет уничтожен!

Когда мы его схватили, он не оказывал сопротивление. Он достиг своей цели и был доволен. Мы снова привязали его к стене каюты. Но на этот раз так, чтобы он больше не смог освободиться.