ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Спустя девять месяцев после того, как космический корабль «Чарльз Дарвин» столкнулся с неизвестным небесным телом, профессор Шаган, руководитель обсерватории Маник Майя, обнаружит что астероид Ре 3... Иной мир Герберт Циргибель Предисловие переводчика Свою работу я посвящаю экипажу космического корабля «Колумбия», трагически погибшему 1 февраля 2003 года при входе в атмосферу. Имена семерых погибших астронавтов шаттла «Колумбия» будут высечены на монументе «Зеркало Космоса» на мысе Канаверал. Для меня было бы большой честью привести эти имена здесь, ссылаясь на данные космического агенства NASA, которое готовит этот монумент. Командир корабля — Рик Д. Хасбенд, 45 лет, полковник ВВС США, был летчиком-испытателем. Аттестован для работы в NASA в 1994, Хасбенд провел более 235 часов в космосе. Вильям С. МакКоул — пилот, 41 год, летчик-испытатель. Аттестован для работы в NASA в апреле 1996, МакКоул совершал свой первый полет в космос. Майкл П. Андерсон — Payload Commander, 43 года, подполковник ВВС США, пилот-инструктор и тактический офицер. Андерсон провел более 211 часов в космосе. Дэвид М. Браун — эксперт 1, 46 лет, капитан морского флота США, был морским летчиком. Аттестован для работы в NASA в апреле 1996. Браун совершал свой первый космический полет. Калпана Чаула — второй эксперт, 41 год, была космическим инженером и летным инструктором, сертифицированным Федеральным Авиационным Агенством (FAA). Аттестована для работы в NASA в декабре 1994. Чаула повела более 376 часов в космосе. Лорел Блэр Сэлтон Кларк — четвертый эксперт, 41 год, была офицером морского флота США. Аттестована для работы в NASA в апреле 1996. Кларк совершала свой первый полет в космос. Илан Рамон, Payload Specialist 1, 48 лет, полковник ВВС Израиля, был пилотом истребителем. Аттестован для работы в NASA в 1998 году. Совершал свой первый космический полет. ЗЕМЛЯ ВАС НЕ ЗАБУДЕТ! Сильвии и Юргену «Стар

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Врач измерил температуру тридцать девять и пять градусов и услышал хрип в грудной клетке. Это было начало воспаления легких. Шаган отказывался лечь в больницу. Была назначена медсестра, которая ухаживала за ним в отеле.

В прихожей ждали Нанга и доктор Борос. Когда медсестра вышла за лекарствами, они услышали его крик: «Эй, Чингиз-Хан, входи!»

— Вот Ваш пациент, — сказала Нанга, — он всегда такой, он делает, что хочет.

Шаган сидел на кровати с покрасневшим лицом.

— Я хочу вернуться! — бранился он. — В этом проклятом европейском климате точно заболеешь. И все благодаря Вам, Нанга.

Она оскорблено замолчала.

— Выбрось путешествие из головы, — сказал Борос, — и лучше приляг, у тебя температура.

Шаган упрямо сидел.

— Конечно, я болен. Мне не следовало приезжать сюда, и я этого вовсе не хотел. Но кое-кто угрожал, что уволится, это был шантаж. В двадцать три года кое-кто умнее чем старый дряхлый профессор…

— Ты заходишь слишком далеко, — оборвал его Борос. — Нанга хотела как лучше. Обстоятельства против твоей точки зрения — девять месяцев назад обо всем этом еще можно было дискутировать.

Шаган закашлялся. Когда он успокоился, он сказал: «Я никогда еще не был по-настоящему убежден в этой истории. Но она смогла так быстро раззвонить обо всем. Или все это было из-за путешествия? Ей так надоел за это время Маник Майя?

Нанга побледнела. Она пошла к двери.

— Не сердитесь на него, Нанга, — крикнул ей вслед Борос, и повернулся к Шагану: «Я полагаю, ты бредишь».

— Я так же ясен как до этого на заседании и как вчера. Но я признаю, я старый осел, иначе бы я не попался на этот переизбыток чувств!

Шаган продолжал ругать свою ассистентку и Европу и Борос не знал толком, была ли эта вспышка злобы вызвана болезнью или жалобы Шагана нужно было воспринимать серьезно.

Нанга вернулась в номер уставшей. Сейчас она с большим удовольствием собрала бы чемодан вернулась домой. Даже если Шаган всего лишь бредил, это оставалось сказанным и навсегда осталось бы между ними. Для нее то, что он называл шантажом, стало неизбежной необходимостью.

В ее дверь постучали. Нанга думала, что к ней зашел доктор Борос. Но когда она открыла дверь, перед ней стоял Фрезер Джанелл.

— Что случилось? — спросил он спросонья.

— Ты должен увидеть восход солнца — кроме того, ты должен помочь мне, приготовить лодку к отплытию.

Лодка уже давно была приготовлена, и восхода Седрик вовсе не замечал.

— Ты беспощадна, Анне, — сказал он, — только потому, что восходит солнце, ты будишь меня посреди ночи.

— Оно похоже на великана, который поднимается из-за леса.