ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он смотрит на свое отражение в зеркале и видит чужое лицо. Кто он такой? Ему говорят, что его имя — Вильям Монк, что он работает в полиции. Осторожно, на ощупь, он пробирается по извилистым коридор... Чужое лицо Энн Перри Глава 1 Он открыл глаза и увидел над собой низкое зимнее небо. Моргнул и взглянул снова. Он лежал навзничь, а над головой нависал серый потолок, потемневший от сажи и многолетних испарений. Он пошевелился. Кровать оказалась короткой и жесткой. Сделал попытку сесть и почувствовал острую боль. Казалось, в грудь всадили кинжал. Ныла туго забинтованная левая рука. Стоило приподнять голову — и кровь начинала молотом бить в виски. В нескольких футах стояла еще одна деревянная койка — точно такая же, как и его собственная. Там под серым скомканным одеялом беспокойно ворочался мужчина с одутловатым лицом. Его рубашка потемнела от пота. Рядом лежал еще один человек, с пропитанными кровью бинтами на ногах; потом еще один… и так до самого конца огромной комнаты, где под закопченным потолком чернела пузатая печь. Им овладела паника. Он — в работном доме! Боже милостивый, как он сюда попал? Однако день был в полном разгаре! Неловко извернувшись, он оглядел помещение. На койках вдоль стены лежали люди. Ни в одном работном доме страны обитателям не позволяли такой роскоши! Всех бы подняли и отправили трудиться если не ради спасения души, то хотя бы ради прибылей заведения. Грех праздности не прощался даже детям. Конечно, это больница. Почувствовав облегчение, он осторожно опустил голову на подушку, набитую отрубями. Как его занесло сюда и какое несчастье с ним случилось, он не помнил, хотя левая рука ныла и плохо слушалась. Каждый вздох вызывал острую боль в груди. Что с ним произошло? Он упал с лошади? На него рухнула стена?.. Воспоминаний не было — в голове царила пустота. Неожиданно над ним склонилась ухмыляющаяся физиономия, и бодрый голос произнес: — Ну что, с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Известно, что пациенты чаще умирают, подхватив от соседа по палате какую-нибудь заразу, нежели от своих собственных недугов или увечий. Во всяком случае, так уверял добродушный служитель — тот самый, что сообщил Монку его имя.

В это легко верилось. За несколько дней Монк имел возможность наблюдать, как доктора переходят от страдающего лихорадкой к больному оспой, затем к истекающим кровью жертвам несчастных случаев — и обратно. Заскорузлые бинты валялись на полу. Прачки не успевали их отстирывать, хотя за свои жалкие гроши работали не покладая рук.

Иногда по недоразумению в палату принимали больных тифом, холерой или оспой. Впоследствии ошибка, конечно, исправлялась, и бедняг отправляли на карантин в их собственные дома, где они или умирали, или с божьей помощью выздоравливали. Таким образом общество защищало себя от опасности. Что означает черный флаг, болтающийся в конце улицы, было известно всем.

Ранкорн оставил Монку его плащ и цилиндр, тщательно вычищенные после несчастного случая. Вещи пришлись Монку впору, хотя плащ был слегка великоват, что объяснялось нынешней худобой больного. Дело поправимое. Монк уже знал, что мужчина он крепкий, высокий, стройный, однако лица своего, старательно выбритого служителем, он еще не видел ни разу. Он, правда, часто ощупывал лицо кончиками пальцев, когда никто не смотрел в его сторону. Крепкие кости, широкий рот — это пока все, что он смог выяснить. Руки же были гладкие, без мозолей, с черными волосками на тыльной стороне ладоней.

В карманах он обнаружил восемь шиллингов и одиннадцать пенсов. Должно быть, плату за лечение вычтут из его жалованья. Оставалось надеяться, что жалованье у него значительное… Кроме монет Монк извлек из кармана носовой платок и конверт, на котором значились его имя и адрес: Графтон-стрит, 27. В конверте был счет от портного.

Озираясь, Монк стоял на больничном крыльце. Место было ему незнакомо. Денек выдался солнечный, по небу пробегали быстрые облака, налетал теплый ветерок. Ярдах в пятидесяти, на перекрестке, размахивал метлой мальчишка, убирая конский помет и прочий мусор. Прокатил экипаж, запряженный парой высоко ступающих гнедых лошадей.

Все еще чувствуя слабость. Монк сошел по лестнице и двинулся вдоль улицы. Минут через пять ему посчастливилось заметить свободный кеб. Он остановил экипаж и назвал кучеру адрес. Откинувшись на сиденье, он смотрел на улицы и площади, по которым они проезжали. То и дело мелькали встречные экипажи, кареты с ливрейными лакеями на запятках, а также многочисленные кебы, подводы, телеги. Он заметил лоточников и мелких торговцев, продавцов горячих пирогов и пудинга с изюмом. Их товар выглядел весьма соблазнительно.