Интересно, картины тоже принадлежат ему? Вряд ли, поскольку они показались ему слащавыми до отвращения.
Что ж, удобная жилая комната, но какая-то безликая: нигде ни фотографий, ни сувениров — ничего, что могло бы поведать о личности хозяина. Монк еще раз огляделся, но в памяти его так ничего и не шевельнулось.
И в спальне то же самое: удобная старая мебель и более ничего примечательного. В центре — большая кровать, на ней чистые простыни и пуховое стеганое одеяло с оборками по краям. На туалетном столике — довольно изящный фарфоровый тазик и кувшин для воды. На высоком комоде — оправленный в серебро гребень.
Монк провел пальцем по дереву. Подушечка пальца осталась чистой. Надо полагать, миссис Уорли была хорошей хозяйкой.
Он уже собирался приступить к осмотру содержимого выдвижных ящиков, когда дверь в комнату открылась. Это вернулась миссис Уорли с подносом, на котором дымилось блюдо с бифштексом и почками, вареной капустой, морковью и фасолью.
На другом блюде красовался пирог с заварным кремом.
— Вот, — удовлетворенно произнесла хозяйка, водружая еду на стол. Особенно обрадовали Монка нож, вилка и стакан сидра. — Поешьте как следует, и вам сразу станет легче.
— Благодарю вас, миссис Уорли! — Его признательность была чистосердечной. Он давно уже не ел ничего по-настоящему вкусного.
— Это мой христианский долг, мистер Монк, — ответила она, слегка качнув головой. — Кроме того, вы всегда исправно платили за квартиру. А теперь поешьте и ложитесь отдыхать. Это лучшее, что вы сейчас можете сделать.
— А куда мне потом деть… — Он взглянул на поднос.
— Выставьте за дверь, как обычно! — Она чуть приподняла брови. Затем посмотрела на Монка пристальней и вздохнула. — А если почувствуете себя ночью плохо, позовите — и я приду приглядеть за вами.
— Не надо, я не настолько слаб.
Она фыркнула, смерила его недоверчивым взглядом и вышла, звучно прикрыв за собой дверь. И тут только Монк понял, насколько он сейчас был невежлив. Хозяйка выразила готовность пожертвовать ради него своим ночным отдыхом, а он просто от нее отмахнулся. Впрочем, кажется, она не была удивлена или обижена его поведением. Неужели он всегда отличался такой бесцеремонностью? За квартиру платил аккуратно — это она сказала сама. Стало быть, у них сложились вполне нормальные отношения: жилец, не влезающий в долги, и хозяйка, заботящаяся о нем из христианского сострадания. И только?
Не слишком-то привлекательная картина.
Он принялся за еду. Пища была простой, но отлично приготовленной. Щедрые порции также говорили в пользу миссис Уорли. В голове промелькнула тревожная мысль: сколько же ему придется платить за все эти удобства? Нет, надо как можно скорее восстановить силы. Чем раньше он вернется на службу, тем лучше.






