ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он смотрит на свое отражение в зеркале и видит чужое лицо. Кто он такой? Ему говорят, что его имя — Вильям Монк, что он работает в полиции. Осторожно, на ощупь, он пробирается по извилистым коридор... Чужое лицо Энн Перри Глава 1 Он открыл глаза и увидел над собой низкое зимнее небо. Моргнул и взглянул снова. Он лежал навзничь, а над головой нависал серый потолок, потемневший от сажи и многолетних испарений. Он пошевелился. Кровать оказалась короткой и жесткой. Сделал попытку сесть и почувствовал острую боль. Казалось, в грудь всадили кинжал. Ныла туго забинтованная левая рука. Стоило приподнять голову — и кровь начинала молотом бить в виски. В нескольких футах стояла еще одна деревянная койка — точно такая же, как и его собственная. Там под серым скомканным одеялом беспокойно ворочался мужчина с одутловатым лицом. Его рубашка потемнела от пота. Рядом лежал еще один человек, с пропитанными кровью бинтами на ногах; потом еще один… и так до самого конца огромной комнаты, где под закопченным потолком чернела пузатая печь. Им овладела паника. Он — в работном доме! Боже милостивый, как он сюда попал? Однако день был в полном разгаре! Неловко извернувшись, он оглядел помещение. На койках вдоль стены лежали люди. Ни в одном работном доме страны обитателям не позволяли такой роскоши! Всех бы подняли и отправили трудиться если не ради спасения души, то хотя бы ради прибылей заведения. Грех праздности не прощался даже детям. Конечно, это больница. Почувствовав облегчение, он осторожно опустил голову на подушку, набитую отрубями. Как его занесло сюда и какое несчастье с ним случилось, он не помнил, хотя левая рука ныла и плохо слушалась. Каждый вздох вызывал острую боль в груди. Что с ним произошло? Он упал с лошади? На него рухнула стена?.. Воспоминаний не было — в голове царила пустота. Неожиданно над ним склонилась ухмыляющаяся физиономия, и бодрый голос произнес: — Ну что, с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Интересно, картины тоже принадлежат ему? Вряд ли, поскольку они показались ему слащавыми до отвращения.

Что ж, удобная жилая комната, но какая-то безликая: нигде ни фотографий, ни сувениров — ничего, что могло бы поведать о личности хозяина. Монк еще раз огляделся, но в памяти его так ничего и не шевельнулось.

И в спальне то же самое: удобная старая мебель и более ничего примечательного. В центре — большая кровать, на ней чистые простыни и пуховое стеганое одеяло с оборками по краям. На туалетном столике — довольно изящный фарфоровый тазик и кувшин для воды. На высоком комоде — оправленный в серебро гребень.

Монк провел пальцем по дереву. Подушечка пальца осталась чистой. Надо полагать, миссис Уорли была хорошей хозяйкой.

Он уже собирался приступить к осмотру содержимого выдвижных ящиков, когда дверь в комнату открылась. Это вернулась миссис Уорли с подносом, на котором дымилось блюдо с бифштексом и почками, вареной капустой, морковью и фасолью.

На другом блюде красовался пирог с заварным кремом.

— Вот, — удовлетворенно произнесла хозяйка, водружая еду на стол. Особенно обрадовали Монка нож, вилка и стакан сидра. — Поешьте как следует, и вам сразу станет легче.

— Благодарю вас, миссис Уорли! — Его признательность была чистосердечной. Он давно уже не ел ничего по-настоящему вкусного.

— Это мой христианский долг, мистер Монк, — ответила она, слегка качнув головой. — Кроме того, вы всегда исправно платили за квартиру. А теперь поешьте и ложитесь отдыхать. Это лучшее, что вы сейчас можете сделать.

— А куда мне потом деть… — Он взглянул на поднос.

— Выставьте за дверь, как обычно! — Она чуть приподняла брови. Затем посмотрела на Монка пристальней и вздохнула. — А если почувствуете себя ночью плохо, позовите — и я приду приглядеть за вами.

— Не надо, я не настолько слаб.

Она фыркнула, смерила его недоверчивым взглядом и вышла, звучно прикрыв за собой дверь. И тут только Монк понял, насколько он сейчас был невежлив. Хозяйка выразила готовность пожертвовать ради него своим ночным отдыхом, а он просто от нее отмахнулся. Впрочем, кажется, она не была удивлена или обижена его поведением. Неужели он всегда отличался такой бесцеремонностью? За квартиру платил аккуратно — это она сказала сама. Стало быть, у них сложились вполне нормальные отношения: жилец, не влезающий в долги, и хозяйка, заботящаяся о нем из христианского сострадания. И только?

Не слишком-то привлекательная картина.

Он принялся за еду. Пища была простой, но отлично приготовленной. Щедрые порции также говорили в пользу миссис Уорли. В голове промелькнула тревожная мысль: сколько же ему придется платить за все эти удобства? Нет, надо как можно скорее восстановить силы. Чем раньше он вернется на службу, тем лучше.