ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он молод, умен, красив и почти всесилен. Но вот именно это "почти" и не дает ему покоя. Он горячо жаждет абсолюта, единоличной, единовременной власти. И готов на все. Заплатить любую цену. Ему так каж... Игнатова Юлия Хранитель "… во времена, когда по земле человеческой ходили дети Хаосом порожденные, чада кровожадной и жестокой Фесы, Хаос тот создавшей, люд мирской не знал ни света, ни тепла. Ибо не было солнца, и мир напоенный страхом, объятый ужасом от деяний безнаказанных Хаоса непобедимого, замер в тени извечной, стуже нечеловеческой. Создания тьмы влекомые человеческой кровью и плотью нападали на люд честной, осушали их тела, разрывали их сердца. Люд селился в единстве друг с другом, дабы давать детям Фесы отпор. Скоро кровавая забава наскучила Фесе, и решила она создать себе мужа. Надежного, дабы не вздумал он Хаос отнять. Сильного, дабы смог вместе с ней разделять кровавые забавы. Умного дабы не заскучать. И взяла она горсть земли, шепот ветра и капли нескончаемого ливня, обвязала власом человеческим и бросила в костер…" Слово о Начале времени, и конце Хаоса. Слово об Избавителе Алдоре, и матери тьмы Фесе. *примечание. В тексте в качестве единицы измерения расстояния неоднократно употребляется "скачок" равный среднему скачку лошади = 4,5 метра. Мальчишке было не более шести лет. Всего шесть. И уже такая сила. Пальцы начинали неметь и чуть покалывать. Лаер раздраженно отдернул руки, и мальчишка до того словно парящий на невидимых крыльях в локте над землей, мешком рухнул на неровный дощатый пол. Глаза закатились и худенькое тельце сотрясала мелкая дрожь. Откуда-то из-за угла печи всхлипнула его мать, удерживаемая мертвой хваткой свекрови. Лаер тяжело вздохнул и слепо зашарил рукой в пространстве в поисках хоть какой-нибудь опоры. Мужчина, отец мальчишки, с готовностью подставил плечо, мужественно сдержав стон боли от бесцеремонно сильного захвата руки. — Пить,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Наконец желанная бессознательность утянула его в свои непроглядные и холодные покои.

Выныривать во второй раз было значительно легче. Лаер не спешил открывать глаза, сначала прислушался к ощущениям. Он определенно лежал на спине, чувствуя холод камня, и самое главное — он ощущал свою магию. Загнанную в тело и опечатанную десятком мощнейших заклятий, но все же она была. А боль… Пора бы и свыкнуться с нею.

Он распахнул глаза — кромешный мрак. Сел. Свесил ноги. Неудобное ложе казалось странным неровным валуном. Пол тоже каменный. Стены… Пахнущие сыростью. От одной стены до другой полтора скачка. Лаер осторожно вернулся назад на свою роскошную постель. Склизкая, теплая и влажная — должно быть омыта его кровью. Лаер стараясь не обращать внимания на боль, аккуратно обследовал на ощупь свое озябшее тело.

То, что колья пронзили его насквозь, сомневаться не приходилось. Но, вероятно когда его сняли, то дали охраняющей магии немного подживить израненное тело, прежде чем опечатать способности.

Лаер попытался провести несколько заклятий, от элементарных до сложнейших, требующих полной концентрации и хорошей памяти. Не сработало ни одно.

— Ты здесь, да? — с какой-то отстраненностью хрипло спросил Лаер. — Хоть свет зажги, не видно ни Фесы…

— Темноты боишься? — хохотнул Лаис, запуская под невысокий потолок три магических светильничка.

— Хочу посмотреть в твои бесстыжие глаза, — усмехнулся Хранитель, усаживаясь на валуне и обегая взглядом прислонившегося к стене напротив брата. — Что, уже получил по зубам?

— Можно и так сказать.

— И что?

— Думаю вот теперь.

Они помолчали, Лаер брезгливо осмотрел свое грязное тело. Снова присохшие потеки крови. Кажется, он еще ни разу не очнулся испачканным в грязи, только в крови.

— Девчонка тут? — Лаер поскреб ногтем корочку просохшей дорожки, убегающей из пробитой груди.

— Куда ж ей деться?

— Живая?

— Живая, сытая и здоровая. И довольно странная.

— Это не лечится. Это надо принимать. А вообще она довольно мила, не находишь?

— Нахожу, но совершенно не твой типаж. Как давно?

— Меньше месяца.

— А, ну это может еще пройдет.

— Времени у меня осталось мало. Неделя, не больше.

— Давай, малой, шокируй меня причинно-следственными связями.

— Я не стану ее убивать.

— Ох. Сражен на повал.

— Тебе бы только поржать. Я серьезно. И уйду отсюда с ней.

— Тут вообще большой вопрос, выживешь ли ты. — Врет. Лаер по его глазам читал, что все уже решено. — Так что ты пока не загадывай на будущее.

— Нет, Лаис. Я не спрашиваю, какие у вас там планы. Я тебя в известность ставлю. Я уйду с ней. Или отсюда не уйдет никто.

— Почему ты не убил меня в Храме?

— А ты?

— Дерьмовые семейные узы. Хоть ты и урод, но родной урод.

— Аналогично. Спина к спине против всего мира?

— Это деловое предложение?

— Бессрочный контракт.