Глава 34
ПОСЛЕДУЮЩИЕ СОБЫТИЯ
Я собираюсь закончить сегодня вечером. Если мне придется сидеть и писать всю ночь, я так и сделаю. Да, и улечу утренним рейсом. Рассказать осталось совсем немного, и ничто не мешает мне закончить еще до полуночи.
Вернемся в Дарьен — место, о котором я вспоминаю с содроганием.
* * *
«Магдалена» находилась примерно в миле от берега, когда я добрался до Рио-Хато. Это важное обстоятельство — и единственное, которое я помню ясно. «Уилд» уже скрылся вдали, я уверен. Вероятно, остальные корабли тоже. Или на самом деле они находились еще ближе к берегу, чем «Магдалена». Я не помню. Один из увиденных мной кораблей, вполне возможно, являлся «Бретанью». Если так, я в упор не помню, какое у него было парусное вооружение.
Не помню, хотя я стоял на маленьком причале и смотрел вслед уходящим кораблям, пока «Магдалена» не скрылась из виду. Тогда я подумал, что надо бы купить лодку, погрузить в нее запасы воды и провизии и пуститься вдогонку за ними. Но более безнадежного предприятия невозможно было представить, и Новия почти наверняка была уже мертва.
Когда последнее судно исчезло вдали, я отправился в крохотный деревенский трактир, купил бутылку вина, хотя пить мне не особо хотелось, и спросил трактирщика, что у него есть из еды.
Оказалось — только хлеб с сыром, но после первого же прожеванного и проглоченного куска я осознал, что голоден как волк, и у меня не осталось причин для недовольства. После первого стакана вина я осознал, что накануне дважды сражался, не сомкнул глаз всю ночь и был на ногах еще половину дня. Я спросил у трактирщика, сдает ли он комнаты.
Он пожал плечами. (Это был плотный жизнерадостный мужчина лет на десять старше меня тогдашнего.)
— У меня одна комната, сеньор. Всего одна, и она уже занята. — Он немного подался ко мне. — Очень расстроенная дама, сеньор.
— Дама? — Я не поверил своим ушам.
Подавшись ко мне еще ближе, трактирщик прошептал:
— Дама, которая сбежала от пиратов!
Думаю, я отыскал комнату и принялся колотить в дверь кулаком еще прежде, чем он закончил фразу.
Мы обнимались и целовались, не в силах оторваться друг от друга, а потом легли в постель в середине дня — чтобы предаться полуденному отдыху, предварительно насладившись взаимными ласками. Забавно, но мы почти не разговаривали — мы были слишком счастливы, что нашли друг друга живыми. Словами такие переживания не выразить. Здесь требуются поцелуи, объятья, смех и слезы. Наконец мы встали, велели жене трактирщика накормить нас, а потом снова легли в постель.
Вот что я узнал на следующий день. Лесаж вошел в бухту, где стояли наши четыре корабля, с самым дружелюбным видом. Увидев, как мало людей осталось на кораблях (у Новии было пятеро), он сказал, что это опасно.






