Рози ощутила желание обернуться и посмотреть на происходящее, но сдержалась. А когда Билл попытался оглянуться, она мягко, но настойчиво взяла ладонями его голову и повернула к себе.
— Не надо, — попросила она. — Какой от этого прок? Что бы там ни произошло, всему настал конец.
— Но…
Пятно света сократилось до ослепительно яркой точки, и в голове Рози вихрем пролетела мысль о том, что, если Билл сейчас возьмет ее за руки и выведет на середину комнаты для танца, свет, словно луч прожектора, последует за ними.
— Не надо, — повторила она. — Забудь обо всем, что видел. Пусть все станет, как было.
— Но где Норман, Рози?
— Его больше нет, — просто ответила она и тут же добавила вдогонку. — Как и свитера, и куртки, которую ты мне одолжил. Свитерок был паршивый, а вот куртку жалко.
— Эй! — Он уставился на нее в немом потрясении. — Не потей из-за чепухи!
Пятнышко холодного света сжалось до размеров спичечного коробка, затем булавочной головки, а потом исчезло, оставив на сетчатке глаз плавающий белый отпечаток. Она заглянула в шкаф. Картина находилась там, куда она положила ее после своего первого путешествия в нарисованный неизвестным художником мир, но она опять изменилась. Теперь на полотне были изображены лишь вершина холма и полуразрушенный храм у подножия, освещенные последними лучами висящей у самого горизонта луны. Пейзаж, от которого веет тишиной и покоем и где нет даже намека на близость человека, делали картину, по мнению Рози, еще более похожей на классическую.
— Господи, — покачал головой Билл, растирая ладонями распухшую шею. — Что произошло, Рози? Я не соображаю, что
произошло
!
С момента их прихода в мир картины прошло, по всей видимости, не очень много времени; дальше по коридору продолжал вопить подстреленный Норманом сосед.
— Я должен проверить, не нужна ли ему помощь, — заявил Билл, поднимаясь на ноги. — Не могла бы ты вызвать скорую помощь? И полицию?
— Конечно. Думаю, они и так уже в пути, но я все равно позвоню.
Он подошел к двери, затем оглянулся в нерешительности, все еще растирая шею. — Что ты скажешь полицейским? Она помедлила с ответом, затем улыбнулась. — Не знаю… но придумаю что-нибудь. В последние дни вынужденная импровизация стала моим коньком. Иди, иди, делай свое дело.
— Я люблю тебя, Рози, — единственное, в чем я уверен сейчас.
Он вышел прежде, чем она успела ответить. Она сделала пару шагов за ним, затем остановилась. В дальнем конце коридора Рози увидела слабый дрожащий огонек свечи.
— Святая корова! — произнес незнакомый голос. — Его что, подстрелили?
Негромкий ответ Билла заглушил новый вопль соседа. Раненного, судя по всему, не очень серьезно, иначе вряд ли он производил бы столько шума.






